Кен Фоллетт - Столпы Земли

И вдруг неожиданно пронесся общий удивленный вздох.

Джек оглянулся; Знатные прихожане, собравшиеся в поперечном нефе, тоже выглянули. Но ничего, что могло бы вызвать такое возбуждение людей, не было видно.

– Чудо! – закричал кто-то из толпы, и его крик тут же подхватили остальные: – Чудо! Чудо!

Джек взглянул на статую и все понял: из ее глаз капала вода. Поначалу он был поражен не меньше других, но тут же вспомнил: на юге женщина начинала плакать с наступлением ночной прохлады. И сейчас ее перенесли с жаркого солнца в тень паперти. Так вот откуда слезы, подумал Джек. Но, кроме него, никто этого секрета статуи, конечно, не знал. Прихожане видели только, что Мадонна плачет, и застыли в изумлении.

Женщина из первых рядов бросила к ногам статуи деньги, мелкую французскую монету. Джек чуть не рассмеялся: зачем одаривать деньгами кусок дерева? Но люди были настолько набожны, что все непонятное казалось священным и вызывало немедленный порыв поделиться своими сбережениями; еще несколько человек последовали примеру женщины.

Джек даже подумать не мог, что игрушка Рашида может приносить деньги. Конечно, не ему самому, об этом не могло быть и речи, но она могла стать источником богатства для любой церкви.

Юноша сразу же сообразил, что ему делать.

Эта мысль явилась к нему, как озарение, и он заговорил:

– Плачущая Мадонна принадлежит не мне, а Господу. – Молчание. Все ждали проповеди. Там, за его спиной, в церкви, епископы пели свои псалмы, но они сейчас никому не были нужны. – Сотни лет она томилась в землях сарацинов, – продолжал Джек. Он понятия не имел об истории статуи, но теперь это было не важно: священники сами не знали всей правды о божественных чудесах и святых реликвиях. – Она проделала долгий путь, но ее путешествие еще не окончено. Ей надлежит стоять в соборе города Кингсбриджа, в Англии.

Джек встретился взглядом с Алиной. Она смотрела на него раскрыв рот. Он с трудом подавил в себе желание подмигнуть ей: мол, все в порядке, не волнуйся.

– Моя священная миссия – доставить ее в Кингсбридж. Только там она сможет наконец обрести свое место и покой. – Он еще раз взглянул на Алину, и ему в голову пришла изумительная мысль. – Я назначен мастером на строительстве нового собора в этом городе.

Алина так и замерла с открытым ртом. Джек отвел взгляд отнес.

– Плачущая Мадонна повелела, чтобы для нее возвели новый величественный храм в Кингсбридже, и с ее помощью я построю собор, такой же великолепный, как новый алтарь, где покоятся мощи святого Дени.

Он опустил глаза, и при виде денег у ног статуи ему пришли в голову самые последние слова:

– Ваши скромные пожертвования пойдут на строительство новой церкви. Мадонна дарует благословение каждому мужчине, женщине и ребенку, кто принесет свой дар, чтобы помочь ей построить для себя новую обитель.

На мгновение воцарилась мертвая тишина, и тут же на землю к ногам Мадонны звонко посыпались монеты, каждый при этом говорил: «Аллилуйя» или «Хвала Господу», некоторые просто просили благословения или чего-то особенного: «Дай Роберту богатства», «Даруй Ани ребенка» или «Пошли нам хорошего урожая». Джек смотрел на их лица: они были взволнованы, возбуждены и счастливы, они рвались вперед, расталкивая друг друга, горя желанием отдать свои кровные гроши Плачущей Мадонне. Он с восхищением смотрел на землю, видя, как у его ног маленькими сугробами растут кучки денег.

Во всех городах и деревушках, куда Джек с Алиной заходили по пути в Шербур, Плачущую Мадонну встречали с таким же воодушевлением: за процессией сразу выстраивались толпы любопытных, и все шли к местной церкви, где Джек привычно устанавливал статую в тени, и при виде слез, катившихся из глаз Мадонны, люди спешили пожертвовать, кто сколько мог, на возведение собора в Кингсбридже.

А в самом начале пути они чуть было не лишились ее. Епископы и архиепископы, осмотрев статую, объявили ее чудотворной, и аббат Сюжер хотел оставить ее в Сен-Дени. Сначала он предложил Джеку фунт, потом десять и дошел до пятидесяти фунтов. Видя, что деньгами Джека не соблазнить, он попробовал силой заставить его отказаться от статуи, но вмешался архиепископ Теобальд Кентерберийский. Он, как и Джек, сообразил, что Мадонна может принести немалый доход, и настоял на том, чтобы статую перенесли в Кингсбридж, который находится в его епархии. Сюжер вынужден был, хотя и с неохотою, уступить.

Всем мастерам в Сен-Дени Джек пообещал работу на строительстве его собора, если они пойдут вместе с ним. Это тоже вызвало неудовольствие Сюжера. Многие из них, конечно, предпочли бы остаться дома, памятуя о том, что синица в руках лучше журавля в небе, но были среди них и такие, кто хотел вернуться домой, в Англию. Остающиеся же разнесли бы по свету весть о планах Джека, поскольку каждый каменщик считал своим долгом рассказать собратьям о новых стройках, где требовались их руки. И уж тогда точно в Кингсбридж съехались бы умельцы со всего христианского мира. Алина часто спрашивала Джека, как он поступит, если монастырь города не сделает его мастером-строителем. Джек всегда отмалчивался. В Сен-Дени он в порыве азарта объявил себя мастером, не задумываясь о том, что будет, провались его планы.