Кен Фоллетт - Столпы Земли

– Полегче, – проговорила она и, обняв Уильяма, стала тереться о его бедра, затем ее рука протиснулась между их телами и скользнула ему в пах.

Он выругался. Ее ласки не возбуждали его.

– Не волнуйся, – прошептала девка.

Ее снисходительный тон разозлил Уильяма, однако он промолчал, поскольку, высвободившись из его объятий, она опустилась на колени, задрала ему тунику и принялась работать ртом.

Ощущение было приятным, и Уильям уже подумал, что все будет хорошо, но после первого импульса желания он вновь потерял интерес. Он взглянул на ее лицо – порой это расшевеливало его, но на этот раз напомнило ему лишь о том, как жалко он выглядит. Уильям начал злиться, отчего его мужское бессилие стало еще более очевидным.

Девка на мгновение остановилась.

– Постарайся расслабиться, – шепнула она и принялась сосать так усердно, что сделала ему больно. Он невольно дернулся, и ее зубы царапнули чувствительную кожу его органа. Уильям взвыл и наотмашь ударил ее по лицу. Вскрикнув, она завалилась на бок.

– Сука неуклюжая! – прорычал он.

Шлюха лежала у его ног, в ее глазах застыл страх. Больше от раздражения, нежели от злости, он наобум пнул ее ногой. Удар пришелся в живот и получился несколько сильнее, чем рассчитывал Уильям. Девица скорчилась от боли.

Он почувствовал, что в нем пробудилось желание.

Опустившись на колени, Уильям перевернул несчастную на спину и сел на нее верхом. Она в ужасе смотрела на него. Уильям повернулся и задрал ей юбку. Волосы между ног потаскухи были густыми и кудрявыми. Это ему нравилось. Глядя на ее тело, он принялся мастурбировать, так как его член еще не стал достаточно твердым, в то время как ее глаза все больше расширялись от страха. Внезапно ему взбрело в голову, что эта девка нарочно отвлекает его, пытаясь отбить у него всякую охоту, чтобы он не смог овладеть ею. Эта мысль взбесила Уильяма, и, сжав кулак, он с силой ударил ее по лицу.

Она завизжала и, стараясь выбраться из-под него, начала извиваться. Уильям всем телом навалился на нее, прижав к матрацу, однако она продолжала вырываться и кричать. Вот теперь его член полностью встал. Он попробовал было раздвинуть ей ляжки, но она не давалась.

Занавеска дернулась, и из-за нее появился Уолтер в одних башмаках и нижней рубахе с торчащим, словно древко флага, возбужденным пенисом. За его спиной стояли еще два рыцаря: Страшила Гервас и Хуг Секира.

– А ну-ка, парни, подержите-ка мне ее, – сказал им Уильям.

Трое мужиков, опустившись вокруг потаскухи на колени, заставили ее лежать смирно.

Уильям пристроился поудобнее, затем на мгновение замер в предвкушении удовольствия.

– Что здесь произошло, господин? – спросил Уолтер.

– Увидела, какого у меня размера, и передумала, – осклабился Уильям.

Все заржали. Уильям ввел член. Ему нравилось делать это на глазах у посторонних. Его таз пришел в движение.

– Только я собрался вставить – ты меня прервал, – с деланной обидой пожаловался Уолтер.

Уильям видел, что слуга еще не удовлетворил своей похоти.

– А ты засунь свой конец ей в рот, – прохрипел он. – Она это любит.

– А что, давай попробуем. – Уолтер поменял позу и, схватив женщину за волосы, приподнял ей голову. Она так испугалась, что была готова на все. Помощь Герваса и Хуга больше не требовалась, но они остались и в изумлении наблюдали за этой сценой: должно быть, прежде им не приходилось видеть, как женщина удовлетворяет двух мужчин одновременно. Уильям тоже видел такое впервые. Зрелище было захватывающее. Очевидно, и Уолтера все это сильно возбудило, ибо не прошло и минуты – дыхание его стало прерывистым, движения судорожными, и он кончил. Глядя на него, почти тут же кончил и Уильям.

Немного погодя они поднялись. Уильям еще не успокоился.

– Может, теперь вы двое отделаете ее? – предложил он Гервасу и Хугу. Ему очень хотелось посмотреть повторение спектакля.

Однако у рыцарей особого восторга это предложение не вызвало.

– Не могу, там меня ждет одна милашка, – отказался Хуг.

– И меня тоже, – подхватил Гервас.

Потаскуха встала и поправила одежду. Ее лицо не выражало ничего.

– Неплохо, а? – ухмыльнулся Уильям.

Подойдя к нему, она какое-то время разглядывала его рожу, затем оттопырила губы и плюнула. Уильям почувствовал, что его лицо покрылось какой-то теплой, липкой слизью: то была сперма Уолтера, оставшаяся у нее во рту. Глаза Уильяма оказались залепленными. Разозлившись, он поднял было руку, чтобы ударить ее, но она проворно нырнула за занавеску. Уолтер и рыцари покатились со смеху. Уильяму все это не казалось таким уж смешным, но преследовать девку с покрытой спермой физиономией он не мог и понял, что единственный способ сохранить собственное достоинство – это сделать вид, будто это его не больно-то тронуло, так что он тоже рассмеялся.