Михаил Старицкий - Перед бурей

—Галю! Царская бородка высыпалась! — повернула к девушке свое огорченное личико.

—А я тебе говорила, Катрусю {46} 46 Екатерина — старшая дочь Б. Хмельницкого, жена Данила Выговского, а позже — Павла Тетери , — подняла голову та, — что высыпится: нужно было собирать раньше.

—Галочко, что же делать? — чуть не плачет Катря.

—Не огорчайся: я тебе привезу из Золотарева, сколько хочешь.

—О? Вот спасибо! Я на тот год везде ее насею... Как я тебя, Галю, люблю! — подбежала она вдруг и обняла Ганну. Да, это была та самая Ганна Золотаренковна, о которой отзывались с такой похвалой поселяне.

—Геть, — заплакал мальчик, отстраняя ручонками девочку, — геть к цолту!

—Юрочко! {47} 47 Юрий — сын Б. Хмельницкого (1640 (?) — 1681). По желанию отца в апреле 1657 г. казацкая старшина избрала его гетманом-наследником. Гай-гай, так сердиться! — строго покачала головой Ганна. — Если ты посылаешь Катрю, так и я пойду с ней туда.

—Галю! Я не бу-ду! — уже всхлипывал мальчик, обнимая ее колени и пряча в них головку.

—Ну, не плачь же и никогда не бранись, — погладила она его по белокурым жидким волосикам. — Катруся — твоя сестра, тебе нужно любить ее. Ну, полно же, полно же, не капризничай! Вот смотри, как Катруся побежала собирать семена. Когда придет весна, мы бросим их в землю, а бозя прикажет солнышку пригреть — вот они и станут рости, как и ты.

—А я вылосту, — улыбается уже хлопчик, — лоскази мне, люба цаца, казоцку.

—Ну, слушай!

В это время с визгом и криком выбежали из гаю мальчик и девочка. Девочка лет восьми бежала впереди, вся раскрасневшись и растопырив ручонки; на лице ее играли страх и восторг; она постоянно озиралася назад, улепетывала, изображая татарина, и кричала во всю глотку: «Ай, шайтан! Козак, козак!» А мальчик, вылитый портрет девочки, гнался за ней с азартом и подгикивал: «Гайда! Не уйдеш, голомозый!» Он держал в левой руке лук и стрелы, а в правой — собранный в петлю шнурок; останавливаясь на мгновенье, метал он стрелу, и при промахе пускался догонять снова.

—Попал, в ногу попал! — крикнул он. — Падай, Оленко {48} 48 Елена — вторая дочь Б. Хмельницкого (по некоторым источникам — Степанида), была замужем за полковником Иваном Нечаем, братом известного народного героя Данила Нечая. Кроме этих дочерей — Екатерины и Степаниды, — у Богдана было еще две дочери, имена которых до сих пор неизвестны. , ты ранена, ты мой бранец!

—Нет, Андрийко {49} 49 Андрей — сын Б. Хмельницкого. Точно имя этого сына неизвестно. Есть сведения о том, что он носил имя Остапа. По некоторым сведениям, этот сын якобы умер после избиения его слугами Чаплинского, однако сам Хмельницкий в письме (март 1648 г.) не вспоминает о смерти сына, а пишет только, что он «остался едва живым». Есть также сведения, что избит был не этот сын, а Тимош, старший сын Б. Хмельницкого. , не попал! — возражает, убегая, Оленка, хоть у нее от стрелы уже синяк на ноге и страшная боль.

—Так вот же тебе! — с ожесточением пускает стрелу Андрийко и попадает девочке в спину.

—Ой, — ухватилась та за ушибленное место и присела.

—Андрийко! — с испугом встала Ганна, обнаружив свой стройный и высокий рост, и пошла быстро к игравшим, — как же не грех тебе так ударить сестру?

— А почему она не падала? — надувши губы и смотря исподлобья, буркнул Андрийко.

—Да для чего же ей падать?

—Я ее ранил в ногу, так она и должна была упасть, — убежденно доказывал он, — я бы тогда ее в плен взял, а если она начала удирать, то я должен был добить ее... татарина.

—Фу, как не стыдно подражать нашим ворогам!

—Я ее оттого и убил... Дид говорит, что нельзя татарина живым пускать... а то он убьет, — тут кто кого.

—Да зачем же играть в такую злую игру, — гладила Ганна по головке Оленку и вытирала слезы на ее глазках, — вот и обидел сестру, а ведь вы близнята, должны бы сильно любить друг дружку!..

—Я нехотя, — потупился в землю Андрийко.

—Да, нехотя... а вот хорошо еще что в спину, а если бы в глаз? Нельзя играть в то, где один обижает другого.

— Я не настоящими стрелами, это только очеретяные, смолою налепленные, — оправдывался хлопец.

— Все равно, тоже больно бьют.

— Так я буду накидывать арканом, а стрелы и лук кину, — видимо желал помириться Андрийко.