Эйдзи Ёсикава - Честь самурая

– В клане Имагава всегда потешались над Нобунагой и считали его самодовольным и невоспитанным глупцом.

– Глупым его не назовешь, – заметил Дзинсити.

– По-моему, о князе распускают злонамеренные сплетни. Князь Ёсимото верит сплетне, не видя в нем серьезного противника.

– Боевой дух в Овари сейчас как никогда высок.

– А кто входит в ближайшее окружение Нобунаги?

– Хиратэ Накацукаса умер, но у Нобунаги есть несколько толковых советников. Это Сибата Кацуиэ, Хаяси Садо, Икэда Сёню, Сакума Дайгаку и Мори Ёсинари. Недавно он обзавелся человеком, обладающим исключительными способностями. Его зовут Киносита Токитиро. Он не занимает высокий пост, но его имя сейчас у всех на устах в Овари.

– А как люди относятся к своему князю?

– Невероятное дело! Правитель провинции, как правило, поглощен заботами управления, а народ повинуется ему. В Овари все по-другому.

– И как же?

Дзинсити помолчал, собираясь с мыслями:

– Как бы поточнее выразиться? Нобунага внешне ничего особенного не делает, но люди живут с надеждой, прекрасно зная, что Овари – маленькая и бедная провинция, что у их князя нет ни гроша! Они ведут себя так, словно живут в могущественном государстве, которому не страшна ни война, ни любая другая напасть.

– Вот как? В чем же причина?

– Вероятно, в самом Нобунаге. Он ничего не скрывает от людей, намечает цели, во исполнение которых все усердно трудятся.

Помимо воли, Дзинсити в глубине души сравнивал двадцатипятилетнего Нобунагу с семнадцатилетним Иэясу. Иэясу казался ему более зрелым человеком, во всяком случае, в нем не осталось ничего детского. Оба выросли в трудных обстоятельствах, но были совершенно разными. Иэясу попал в руки врагов в пятилетнем возрасте, и суровость жизни ожесточила его душу.

Лодка вынесла Иэясу и Дзинсити на середину реки. Время за тайной беседой пролетело незаметно. Дзинсити повернул лодку к берегу.

Выйдя на берег, он торопливо подхватили корзину и взял посох. Прощаясь с Иэясу, он произнес:

– Я передам ваши слова вашим соратникам. Хотите сказать еще что-нибудь, мой господин?

Иэясу, оказавшись на берегу, опасался, что его увидят.

– Нет. Уходи побыстрее! – Кивнув Дзинсити на прощанье, Иэясу внезапно добавил: – Передай, что я чувствую себя хорошо.

Иэясу в одиночестве поспешил домой.

Слуги жены Иэясу разыскивали его повсюду. Один из них, увидев господина, идущего с реки, бросился ему навстречу:

– Госпожа с нетерпением ждет вашего возвращения и уже несколько раз посылала нас на поиски. Она очень волнуется, мой господин.

– Неужели? Успокой ее и скажи, что я скоро приду к ней.

Пошел он не к жене, а в свою комнату, где его ждал еще один вассал, Сакакибара Хэйсити.

– Вы были на реке?

– Да, прогулялся. В чем дело?

– Приезжал гонец.

– От кого?

Хэйсити молча протянул ему свиток. Послание было от Сэссая, и Иэясу почтительно прикоснулся к нему лбом. Сэссай был монахом из секты Дзэн и советником по военным делам в клане Имагава. Для Иэясу он был учителем, под началом которого юный князь постиг и книжную, и воинскую премудрость.

«Сегодня вечером князю и его гостям зададут обычный урок. Жду вас у северо-западных ворот Дворца», – гласило послание.

Слово «обычный» было ключевым, и Иэясу прекрасно знал его смысл. Оно означало встречу Ёсимото и его военачальников для обсуждения похода на столицу.

– А где гонец?

– Уехал. Вы пойдете во Дворец, господин?

– Да.

– По-моему, со дня на день можно ожидать указа князя Ёсимото о выступлении.

Хэйсити не раз краем уха слышал разговоры важных военных советников о походе. Он молча вглядывался в лицо Иэясу. Князь что-то пробормотал, притворившись, будто новость ему безразлична.

Представления о военной мощи Овари, сложившиеся в клане Имагава, не имели ничего общего с тем, что сегодня рассказал юному князю Дзинсити. Нобунагу здесь всерьез не принимали. Ёсимото решил напасть на Киото, выступив во главе большой армии, включающей войска из Суруги, Тотоми и Микавы. В Овари они могли натолкнуться на сопротивление.

«Нобунага сдастся без боя, если армия будет достаточно велика», – так полагало большинство членов военного совета клана. Ёсимото и некоторые его советники, включая Сэссая, не имели склонности к излишней самонадеянности, но никто из них не воспринимал Нобунагу столь серьезно, как Иэясу. Иэясу однажды попытался предостеречь Имагаву, но его подняли на смех. Он ведь был заложником, к тому же юнцом, и его не слушали на военном совете.