Эдвард Резерфорд - Китай

Вернуться к Хог-лейн и попытаться там прикончить Шижуна? Но это означает необходимость покинуть пост, а Морской Дракон приказал ждать тут.

Ньо смотрел на ворота и молился: хоть бы все случилось побыстрее. Линю просто нужно позвать Морского Дракона в свои покои. Все случится за считаные минуты. Ну же, пусть пират появится. Безопасно минует ворота. Свернет за угол.

Давай, шептал Ньо про себя. Он мысленно молил ворота: откройтесь!

Взгляд Ньо был прикован к воротам, а потому он заметил Шижуна, когда было уже слишком поздно.

Шижун мчался что есть мочи и не обратил внимания на Ньо, когда пролетел буквально в нескольких шагах от него.

– Открыть ворота! Это господин Цзян! – заорал он.

Охранники узнали его, тут же открыли ворота, и он ворвался внутрь.

– Охрана, за мной! – выкрикнул он, но не обернулся, а потому не заметил, что они замешкались.

Шижун вбежал во внутренний двор и помчался к главному залу.

За дверью справа от главного зала находилась небольшая библиотека, где Линь любил работать. Шижун успел как раз вовремя, чтобы увидеть, как дверь отворилась, вышел слуга и пригласил внутрь посыльного со свертком. Они не заметили его.

Не говоря ни слова, Шижун как ветер рванул мимо изумленного слуги к двери, которая уже почти закрылась за посыльным, и всем телом навалился на нее. Дверь распахнулась, с силой ударив посыльного в спину, отчего он полетел вперед вместе со свертком.

– Вызовите стражу! – крикнул Шижун изумленному эмиссару, а сам кинулся на злоумышленника.

Пират распростерся на полу, но уже тянулся к ножу. Даже если бы у Шижуна был с собой нож, он понимал, что пират быстро расправился бы с ним и, скорее всего, успел бы убить эмиссара прежде, чем его кто-нибудь смог бы остановить. Поэтому он бросился к Морскому Дракону и обхватил его руками, изо всех сил прижимая руки убийцы к телу.

Если пират высвободит руку, ему конец. Шижун это понимал. Но пусть даже ценой собственной жизни он обязан спасти Линя. Морской Дракон яростно вырывался, пинался, пихался локтями и наносил удары затылком по лицу Шижуна, пока у того не пошла кровь из носа и разбитой губы, но Шижун вцепился в него как одержимый.

Через минуту с лишним четверо охранников и начальник охраны разоружили пирата и связали так, что он не мог двигаться. Только тогда Шижун, весь в синяках и истекающий кровью, разжал руки и, пошатываясь, встал.

Если даже Линя и застали врасплох, он быстро оправился и, указав на связанного бандита, распорядился:

– Заприте его и глаз не спускайте! – Затем он обратился к начальнику охраны: – Заприте внешние ворота и удвойте охрану. Но не поднимайте шумихи. Никто не должен узнать об этом происшествии. Если о покушении станет известно другим бандитам, то у них появится соблазн тоже попробовать.

Тем временем Шижун пытался остановить кровь и вытереть лицо какой-то тряпицей. Вскоре в библиотеке остались только они с эмиссаром. Линь повернулся к нему и торжественно произнес:

– Вы спасли мне жизнь! Вы ранены?

– Пустяки, господин эмиссар!

– Откуда вы узнали о покушении?

Шижун рассказал, как отправился удостовериться, отправлены ли бандажи, и столкнулся с настоящим посыльным.

– Бедняга, наверное, уже мертв, но я не мог с ним остаться. Это могло быть просто ограбление, но я испугался, что это что-то посерьезнее, и побежал что есть силы. Очевидно, успел как раз вовремя.

Линь задумчиво кивнул:

– Похоже, нападавший знал, что мы ждем посыльного. – Он пристально посмотрел на Шижуна. – Вы кому-нибудь об этом рассказывали?

– Нет, господин эмиссар.

– Я был бы удивлен узнать, что доктор Паркер обманул наше доверие, но он мог случайно обронить неосторожное слово.

– Нападавший просто мог спросить посыльного, куда он направляется.

– Вполне возможно, но у меня такое чувство, что покушение было спланировано заранее. Были ли у него сообщники? Нужно допросить Паркера и посыльного, если тот жив. – Он кивнул. – Ну и самого нападавшего. Он нам все расскажет. – Он снова внимательно посмотрел на Шижуна. – Допросы – штука неприятная, но это необходимо. У губернатора есть человек, который знаком с процедурой. Он вас обучит.

– Меня, господин эмиссар?

– Да, Цзян. Вы будете проводить допрос нападавшего.

Применение пыток в Китайской империи строго регламентировалось. Разрешались только определенные процедуры. Чиновник, использовавший метод, который не был санкционирован, считался преступником, и его могли привлечь к ответственности. Многие люди освобождались от пыток, в том числе и те, кто прошел экзамены на чиновничью степень, пожилые люди и беременные женщины.