Как сладостно твое святое хлебосольство
Наш баловало вкус и жажды своевольство;
С каким радушием — красою древних лет —
Ты собирала нам затейливый обед!
Ты занимала нас, добра и весела,
Про стародавних бар пленительным рассказом;
Мы удивлялися почтенным их проказам,
Мы верили тебе — и смех не прерывал
Твоих бесхитростных суждений и похвал;
Свободно говорил язык словоохотный,
И легкие часы летели беззаботно!
Долгий путь проделала шкатулка Арины Родионовны. От одного поколения к другому передавалась она, как драгоценная реликвия, напоминающая о дружбе автора знаменитой песни «Нелюдимо наше море» с великим Пушкиным, с его няней.
Михайловское. Домик няни .
Анна Дмитриевна завещала шкатулку Елизавете Александровне, которая и сохранила подарок няни Пушкина до наших дней.
— Я решила, — говорит заключая свой рассказ Елизавета Александровна, — отправить шкатулку в пушкинский заповедник, в Михайловское. Там она лучше сохранится.
…На обратном пути во Владимир довелось мне побывать в клубе у приятеля-гармониста, первым сообщившего мне о шкатулке.
Петр был весел и возбужден необыкновенно.
— У нас сегодня вечер художественной самодеятельности, — сообщил он радостно.
Сельские артисты показывали отрывок из «Бориса Годунова» — сцену в корчме на Литовской границе. Петр играл роль отца Мисаила, публика ему аплодировала.
Видно было по всему, что Петр являлся здесь признанным любимцем публики.
Пушкинские стихи звучали из уст колхозника и для. колхозников. После занавеса зал долго аплодировал.
По дороге-насыпи, возле которой плещутся волны разлившейся Клязьмы, мчится голубой автобус. Девушка-водитель в аккуратном комбинезоне внимательно смотрит на дорогу и порой чему-то улыбается. Над кожаным сиденьем лежит книга. На корешке книги золотыми буквами написано «Пушкин». На длительных остановках девушка вынимает ее и читает.
Это великое имя стало постоянным спутником миллионов. В горе и в радости, во время труда и отдыха обращаются старые и молодые, рабочие и крестьяне, академики и школьники к Пушкину, как к неиссякаемому источнику духовных сил.
Недаром говорят: «Пушкин всегда с нами!»
Через несколько дней после поездки в Судогду по радио была передана весть о том, что пушкинскому заповеднику в Михайловском передана шкатулка няни поэта.
В светелке Арины Родионовны стоит сейчас эта резная дубовая шкатулка.
РЕВНЕРУССКИЕ летописцы любили сравнивать свои рукописи с поплавками, брошенными в бурное море. Через бури и ненастье поплавок может быть принесен водной стихией к противоположному берегу. А может быть суждено поплавку погибнуть в морских просторах.
Через житейские бури, через столетия несет рукопись «предание старины глубокой». И если уцелеет она, то спустя столетия благодарный потомок с благоговением будет слушать голос своих предков, голос «отчич и дедич».
До XVI века все наши книги были рукописными. В глубокую старину писались они не на бумаге, а на пергаменте — тонко обделанной и отбеленной коже животных. С XV века употребление бумаги преобладает над пергаментом.
Переписчики очень заботились о внешнем виде книг — рисовали затейливые заставки, различными красками разрисовывали начальную (красную) строку, переплетали рукопись в бархат или парчу, порой украшали переплет золотой или серебряной оправой.
Каждая древнерусская книга представляет большой интерес для ученых. Поэтому все сообщения о находках старинных рукописей встречаются с живейшим вниманием. Выдающейся для русской литературы считается и находка Мусина-Пушкина, хотя произошло это свыше ста шестидесяти лет назад. В приобретенном в Ярославле сборнике, среди разных произведений, Мусин-Пушкин обнаружил бессмертное «Слово о полку Игореве». Легко представить, как было бы обеднено наше представление о древнерусской литературе, если бы не замечательное открытие «Слова» в Ярославле.
Собиратели и исследователи древнерусских рукописей, как правило, большие энтузиасты своего дела. Один из таких энтузиастов — Николай Петрович Рождественский, долгое время работал он в Вязниковском краеведческом музее.
Читать дальше