Алан Савадж - Османец

— Что будет со мной? — спросил Вильям.

— Я думаю, что ты будешь в безопасности. Ты полномочный посол иностранного государства. Переговоры о союзничестве наших стран вот-вот начнутся.

— Должен ли я напоминать о себе?

— Я бы подождал, — сказал Ферран. — По французскому закону, король Карл уже может править страной, хотя ему только тринадцать. Не знаю, пожелает ли Анна заявить о правах на престол или это позволят сделать Карлу... В любом случае, мой юный друг, ты должен набраться терпения и подождать, пока двор будет готов опять заниматься делами.

— А Эме?

— Вы помолвлены. Она будет тебя ждать. — Ферран улыбался, когда говорил это. Видно было, что улыбка далась ему непросто, сердце Вильяма внезапно упало. Казалось невозможным, что он влюбился в девочку, почти вдвое младше его, с которой он не провёл ни минуты наедине. Однако за последние шесть месяцев Вильям очень привязался к ней, чувствовал, что они уже женаты, но все удовольствия брака их ждут впереди. Эме раскрыла ему всю живость своего ума, острого и богатого воображением; её необычная красота, казалось, расцветала с каждым днём. И эти вопрошающие глаза обещали так много...

Или он мечтал о состоянии, приложенном к её имени?

Внезапно Вильям понял, что это была часть сделки. И что того, кто задумал эту сделку, человека, который должен был возвести Жака Феррана в дворянство, больше нет в живых. Чем теперь измеряется ценность посла варваров?

Как ни был несчастен Вильям в своём новом положении, он нашёл самым разумным следовать совету купца. В течение нескольких месяцев французский двор практически не занимался делами, так как это был официальный период траура по умершему королю.

К Рождеству траур был снят; Вильяму казалось, что двор был по-настоящему рад избавлению от Всемирного Паука и только для порядка соблюдал ритуал оплакивания. Рождество мало значило для Вильяма, он никогда не отмечал этот праздник и остался в своих апартаментах. Но всё это время нервничал и сразу по окончании праздника попросил аудиенции у нового короля. И только через несколько недель аудиенция была назначена.

Вильяма тревожила невозможность видеть Эме. Она, наверное, была больна, и поэтому доктор запретил ей принимать даже жениха. Вильям встревожился и сделал попытку встретиться с Ферраном, но ему сказали, что купец уехал по делам.

Вильям чувствовал себя неспокойно от всего этого, но, когда наконец был приглашён к королю, ещё больше заволновался.

На троне, сгорбившись и глядя исподлобья, сидел мальчик. Сестра короля и её муж стояли рядом.

Вильям поклонился и поприветствовал нового короля. Мальчик молча смотрел на него.

— Мы осведомлены о мотивах вашего пребывания здесь, Хоквуд, — объявила Анна. — Я должна сообщить вам, что ваши документы ждут вас у секретаря его величества.

Вильям нахмурился.

— Документы, ваше высочество?

— Мы предполагаем, что теперь вы захотите вернуться туда, откуда приехали, — ответила Анна. — Мы не имеем более желания задерживать вас. Надеюсь, вы сообщите своему хозяину о нашем решении.

Вильям попытался подавить волны паники, нахлынувшие на него.

— Но в настоящее время ведутся переговоры между Францией и султаном. Я считаю своей обязанностью оставаться здесь, в Париже, пока дело не будет завершено.

— Его величество пригласили вас сюда сегодня, Хоквуд, сообщить, что переговоры завершены. Христианский монарх не может заключать союз с варварами. Это решение вы должны донести до вашего хозяина.

У Вильяма потемнело в глазах.

— А как же принц Джем?.. — запнулся он.

— Принца Джема здесь больше нет. Его отослали, чтобы он искал убежище где-либо ещё.

— Где конкретно, ваше высочество?

— Сейчас принц в качестве гостя его святейшества Папы Римского находится в Риме.

Вильям задохнулся от гнева! Не сказав ни единого слова! Невозможно поверить, что турецкому принцу предложил приют Папа Сикст VI. Очевидно, Джем совершенно хладнокровно продан тому, кто предложил наивысшую цену, — одному из тех, кто более других озабочен, тем, чтобы навлечь на турок проклятие.

Вильям попытался улыбнуться.

— Ваше высочество, поскольку я ответствен за то, чтобы с принцем Джемом ничего не стряслось, я должен отправиться в Рим. Но остаётся вопрос о моей невесте, мадемуазель Ферран.

— С этим покончено. — Анна холодно посмотрела на него. — Поскольку это противоречит принципам его величества, он не может позволить одной из своих подданных выйти замуж за слугу варвара. — Она замолчала, давая возможность осмыслить её слова. — Через четырнадцать дней, Хоквуд, вы должны быть за пределами королевства, в противном случае вас объявят вне закона.