Алан Савадж - Османец

— Дьявол! — Дон Хуан вернулся к столу.

— Но я верю, что мы одержим верх.

— Ты так думаешь? — Плечи дон Хуана опустились. — Постоянно возникают всё более и более непреодолимые трудности. Ты верно заметил, что на всех кораблях врага будут люди одной национальности. В то время, как наши...

— Каков общий численный состав твоего флота?

— Приблизительно пятнадцать тысяч моряков, но это включает и галерных рабов, и около тридцати тысяч солдат. Меня беспокоит, что все они представители разных народов. Генуэзцы ненавидят венецианцев, венецианцы ненавидят папистов, испанцы презирают всех, а что касается этого Гранвелы, то я думаю, он ненавидит весь мир. Условия, которые он постоянно будет навязывать мне, очень близки к отношению к еретикам... или даже подозреваемым еретикам. И ты всё ещё говоришь, что мы можем победить турок? Я не уверен в том, что, вступив в битву, мои люди начнут сражаться не друг с другом, а с врагом. К тому же турок гораздо больше.

Только теперь Энтони понял, что главнокомандующий слишком молод, чтобы взвалить на свои плечи такую ответственность, что его смущает неясная позиция адмиралов, которые старше и опытнее его, но над которыми нависает мрачная фигура кардинала.

И всё же харизма дон Хуана, его дар быть лидером, была неоспорима. Всё, что ему нужно, — это порыв.

— Я прибыл, чтобы помочь тебе, господин, — сказал Хоквуд. — Поэтому мои слова будут простыми, может, даже обидными. День ото дня твой флот прогнивает изнутри, вражда между людьми растёт. А турки становятся сильнее. Ты должен немедленно выйти в море.

— Уже сентябрь, — вздохнул дон Хуан. — Капитаны, хорошо знающие моря, говорят, что с выходом в море мы опоздали, надо ждать весны.

— К весне твой флот перестанет существовать. Выходи в море, милорд. Погода до второй половины октября не испортится. У нас в запасе месяц. Выходи в море. Я знаю, где находится турецкий флот, и поведу тебя...

Дон Хуан вскинул голову.

— И добуду для тебя победу... если смогу дать несколько советов, — улыбнулся Энтони.

— Тогда приступай!

— Я хочу осмотреть твои корабли.

Хоквуд к этому времени довольно ясно представлял, что надо делать, и картина, представшая перед ним, лишь укрепила его уверенность. Галеоны были мощными судами, как он и предполагал, но они становились неуклюжими без сильного попутного ветра. Их роль в средиземноморской битве сведётся к нулю. Фрегаты и бригантины — маленькие, не полностью покрытые палубой суда были слишком легко вооружены, но Энтони считал, что бригантины можно использовать в разведке при попутном ветре.

Галеасы оказались более сильны, чем он предполагал. На каждом из них было не менее семидесяти орудий, которые могли стрелять как по людям, так и по кораблям, к тому же их гребцов защищала палуба. Энтони прикинул, что один галеас способен выступить против шести галер с надеждой на победу.

Но исход битвы, конечно, зависит от галер.

Галеры христиан были в среднем более ста пятидесяти футов в длину. Примерно такие же, как турецкие, подумал Энтони и тут же заметил, что обшивка их корпусов была около четырёх дюймов толщиной, на дюйм больше, чем у турок, а гребцы защищались деревянными щитами, каких не было у турок.

На каждой галере находилось по пять орудий на передней палубе вместо трёх у турок. Носы галер были обиты железом и превращались в таран, который, по предположению Энтони, ни на йоту не изменился со времён древнегреческих триеров.

— Что скажешь? — спросил дон Хуан по окончании инспекции.

— Я думаю, что у тебя мощная сила, сир, — сказал Энтони, — и что с тобой будет сражаться флот, который в течение многих поколений не знал поражений.

— К тому же турок больше, — уныло произнёс дон Хуан.

— Значит, мы не можем полагаться на обычную тактику.

— А что ты называешь обычной тактикой для морского сражения?

— У меня нет опыта, чтобы говорить о сражении в Атлантике, милорд, где ветер и погода так же важны, как и пушки с кораблями. Но в Средиземном море сражение очень похоже на сухопутную битву. Противники выстраиваются в линию, затем наступают друг на друга, чтобы затем смять фланг. Именно поэтому галерные сражения в основном проходят недалеко от берега для того, чтобы хотя бы один фланг не мог быть разрушен. Можешь быть уверен, что Али-паша примет эту стратегию.

— Что можем использовать мы?

— Это опасно. Но я думаю, что мы используем эту тактику с пользой для себя, — сказал Хоквуд.

— Каким образом?