Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

– Здесь… все так грубо сделано. Но у меня было только четыре дня. Дай мне несколько недель, и я все хорошенько обустрою.

Марк выжидающе посмотрел на Керен.

– Все нормально, – заверила она мужа. – По мне, так дом очень даже милый. Раз в пятьдесят лучше, чем те старые развалюхи на холме.

Смуглое лицо Марка засветилось от радости.

– Мы сделаем его еще лучше. Тут столько всего надо сделать! Пока я смог дать тебе лишь крышу над головой.

Марк осторожно обнял Керен за талию и, когда она подняла лицо, поцеловал. Это было все равно как целовать мягкую, хрупкую, ускользающую бабочку.

Керен посмотрела через плечо:

– А там что?

– Там мы будем спать, – пояснил Марк. – Я, вообще-то, задумал сделать спальню наверху, но еще не закончил. Вот и устроил тут местечко на время.

Керен прошла в соседнюю комнату. Она снова почувствовала под ногами постеленную на пол солому и подумала, что их дом смахивает на хлев.

Ладно, Марк ведь пообещал, что все доведет до ума.

Он открыл ставни, чтобы было не так темно. В углу комнаты на высоте одного фута от пола была сколочена деревянная лавка. На лавке лежал соломенный тюфяк, а поверх него – два тонких одеяла.

– Надо было построить дом с окнами на запад, – сказала Керен. – Тогда у нас по вечерам было бы светло.

Марк сник:

– Я об этом не подумал.

Это был ее дом. Она была здесь хозяйкой и могла все устроить, как душа пожелает, а это уже немало.

– А ты правда успел построить целый дом после нашей последней встречи? – спросила Керен.

– Правда.

– Надо же. Поверить не могу.

Это воодушевило Марка, и он снова поцеловал молодую жену.

В этот раз Керен вывернулась из его объятий:

– Погоди, Марк. Иди пока посиди у огня. Я скоро вернусь. Хочу сделать тебе сюрприз.

Марк, пригнувшись, чтобы не задеть головой притолоку, вышел из комнаты.

Керен немного постояла у окна, глядя на овраг, русло пересохшего ручья и разбросанную повсюду пустую породу. На противоположной стороне долины земля была лучше. Среди деревьев виднелась какая-то башенка.

И почему он не построил дом там?

Керен подошла к кровати и провела рукой по тюфяку. Солома сухая – это хорошо. Не так уж много времени прошло с тех пор, как она спала на сырой. И постель тоже можно будет сделать еще лучше. Керен сначала приуныла, но теперь снова воспрянула духом.

Склоки с Таппером, вечно пьяный Отвэй, голод, унылые переезды по пустошам и болотам – все это позади. Она больше не будет играть для пустоголовых крестьянок и недалеких мужланов. Это ее дом.

Керен снова подошла к окну и закрыла одну ставню. На востоке высоко в небе летела стая чаек. На фоне облаков птицы казались золотисто-розовыми. В неглубоких оврагах на пустоши вечно не хватает солнечного света. И в этом доме, окна которого выходят на восток, всегда будет рано темнеть.

Керен знала, что Марк ждет ее. Она не собиралась увиливать и была готова честно выполнить свою часть сделки. Просто не горела желанием. Керен медленно разделась догола, вздрогнула и закрыла вторую ставню. В полумраке она провела ладонями по бокам, потянулась и зевнула. Потом накинула вылинявший, розовый с черным халат и слегка взбила волосы. Сойдет и так. Марк все равно от нее без ума.

Керен босиком прошла по соломе в кухню. В какой-то момент ей показалось, что мужа нет дома, а потом она увидела, что он сидит на полу, положив голову на деревянную лавку. Марк спал.

На секунду Керен даже разозлилась:

– Марк!

Ни звука. Керен опустилась рядом с ним на колени. В Меллине Марк побрился, но на его ввалившихся от измождения щеках уже появилась жесткая щетина. Он спал с приоткрытым ртом.

«Какой же он все-таки страшный», – подумала Керен.

– Марк! – уже громче позвала она.

Дыхание мужа было таким же ровным.

Керен взяла его за грудки и хорошенько встряхнула:

– Эй, Марк!

Голова его стукнулась о лавку, он стал дышать не так ровно, однако не проснулся.

Керен встала и сверху вниз посмотрела на Марка. Злость уступила место презрению. Он был ничем не лучше Таппера. Развалился здесь как дурак. За кого она вышла замуж? За мужчину, который в первую брачную ночь даже на секунду не возбудился и дрыхнет без задних ног? Керен стало обидно. Она даже почувствовала себя оскорбленной.

Что ж, это его выбор. Она тут ни при чем. Хочет валяться на полу, как здоровенный черный кобель, – на здоровье. Ему же хуже, а она от этого ничего не потеряла, наоборот… Пусть себе спит. Керен хихикнула, а потом, осознав весь комизм положения, рассмеялась. И медленно прошла в другую комнату. Только теперь смех ее стал тише, потому что она уже больше не хотела разбудить Марка.