Давид Кизик - Время Феофано

На первом месте у главы рахдонитов благо для себя и себе подобных, «избранных». И если для этого надо будет превратить весь народ в рабов, он, не колеблясь, сделает это. Хорошо чувствуют себя в Атоле только профессиональные наемники, чье умение владеть мечами щедро оплачивают эти самые, так называемые избранные.

– Мне рассказывали, что атильские алларисии увешаны золотыми изделиями с ног до головы, – вспомнил Феофилакт.

– Вот-вот. Поэтому, друг мой Феофилакт, нельзя допускать, чтобы реальная власть попадала в руки тех, кто не зависит от народного волеизъявления. Кто посвятил свою жизнь добыче сверхприбыли.

– Значит, война с Атилем неизбежна? – Спросил Феофилакт. – Не потому ли в Боспорской епархии алларисии всячески угнетают наших союзников, хазарских христиан.

– Атильское государство победить несложно, и Маслама это доказал наглядно, – подумав, ответил Константин. – Но в этой войне мало смысла. Сколько не руби Гидре голов, на месте одной вырастают две. Поэтому я предпочитаю Гидру укротить и держать на коротком поводке.

– Понимаю, – согласился с базилевсом Феофилакт. – Только поводок должен быть крепкий. А то Гидра быстро сожрет зазевавшегося хозяина, – пошутил он.

– Это точно, – улыбнулся вместе с патриархом и базиевс. – Ну а как прошла твоя беседа с нашей северной гостьей Хельгой? – Поинтересовался Константин, когда снова стал серьезен. – Что ты скажешь о регентше Русов? Ее держава тоже находиться на «шелковом» пути рахдонитов, как и Болгарское царство.

Теперь ненадолго задумался Феофилакт.

– Она очень умна и образованна, Константин, – серьезно ответил он. – И разговаривать с ней нужно серьезно. Давить на нее бессмысленно. Нужно аргументированно убеждать. Если она станет другом, то не за блестящие побрякушки или продавшись за золотые монетки. Пустыми обещаниями о красивой жизни ее тоже не купить.

– Хм. Вижу, она произвела на тебя глубокое впечатление, – хмыкнул Константин. – А как она объяснила сожжение целого города своих подданных?

– Как я понял, это как то связано с пропагандой Атиля. Подкупленные олигархи спровоцировали народные беспорядки. Вдова вынуждена была поступить жестко, что бы сохранить государство для своего малолетнего сына.

– И это было правильное решение, – одобрил Константин. – Полумеры там не спасли бы ее. Как я уже упоминал, «белые» олигархи и «красное» простонародье – ужасная смесь, легко свергающая царей и разрушающая государства.

Ну что же, если ты отпустил ее грех, на который она решилась ради своего отпрыска, я приму ее посольство.

– Когда? – Полюбопытствовал Феофилакт.

– Марианн Аргир навел порядок в Неаполе и Калабрии, очистив Лангобардию от карматской заразы. Победа объединенного флота Византии и испанских арабов над флотом Фатимидского халифата у Сицилии завершила блестящую компанию этого года, рассуждал Константин. – Как только закончиться триумфальная [498] Обычай триумфального шествия победителя в столицу с добычей и пленными сохранился в Византии почти во всех подробностях со времен Римской республики. Триумф входил в число актов придворного церемониала, его порядок описан в «Книге церемоний» Константина Багрянородного (607–615). встреча и чествование победителей на ипподроме, тебе Феофилакт предстоит готовиться к свадебным торжествам. После свадебных торжеств я приму посольство Хельги. А до тех пор, распоряжусь, чтобы паракимомен Василий обеспечил наместницу и ее людей почетными местами в ложах ипподрома, ну и всем необходимым. Русам полезно будет увидеть мощь и славу Византии.

– Константин, я что-то не успеваю за твоими мыслями. Возможно, я что-то упустил. О какой свадьбе ты говоришь? Ты что собираешься женить наследника Романа? На ком?

– Роман хочет взять в жены девицу из провинции, – объяснил Константин. – Впрочем, ты знаешь о ней.

– Да, об этом уже шепчутся даже лошади у меня в конюшне. Но она же, мимическая актриса, хоть и из касты скотоводов, – сыронизировал патриарх.

– Во-первых, ты сам говорил, что Иисус стер различия между сословиями и кастами. Во-вторых, она внебрачная дочь шаха Марзубана Мусафарида, правителя Ардабагана. Дейлемиты ныне весьма сильны в Персиде и влияют на политику Багдада. К тому же, они не любят Атиль. А вот наш, так называемый друг Ашот Милостивый вероятно снюхался с рахдонитами из Всемирной торговой организации. Он вместе с Раввадидами [499] Раввади́ды (араб. Равандиды, перс. Ревендиды) – мусульманская династия, правившая в Иранском Азербайджане с середины VIII–XII вв (с 981 по 1054). По происхождению Раввадиды были арабы йеменцы из Басры, переведенные в Северозападный Иран при халифе ал-Мансуре. В регионах Ардебиля, Тебриз, Марага, Карадаг и Ахар поселились разные арабские рода, одним из родоначальников которых был ар-Раввад аль-Азди. Раввадиды, как и другие племена поселившиеся в Азербайджане, полностью смешались с местным населением (где говорили на особом, ныне вымершем, иранском языке – азари) и по некоторым данным из-за смешанных браков их потомки со временем стали настоящими курдами. постепенно вытесняет Буидов из Атропатены. Анастасия – неплохой козырь в нашей восточной политике, если правильно разыграть эту партию.