Давид Кизик - Время Феофано

– Это удобно, – заметила Ольга. – Возвышать людей верных, княжьих и избавляться от именитых, но зловредных бояр. – Ольга быстро оценила новые возможности.

– Тогда прими таинство крещения по византийскому обычаю. Базилевс над басилевсами признает тебя законной государыней и наградит символом архонтов – царской стеммой. Ты покажешь всем законность своей власти, и олигархи не посмеют воспротивиться воле Владыки Вселенной.

– Но я уже прошла обряд крещения и получила благословение митрополита России.

– Видишь ли, дочь моя, епископ церкви Боспора хоть и был поставлен еще Иоанном Златоустом, сейчас находится на территории подконтрольной хазарскому кагану. Поэтому является экзархатом, зарубежной Церковью.

– Как я могу стать духовным лидером, если после Фотиева [489] Патриа́рх Фо́тий I (около 820–896) – византийский богослов, Константинопольский патриарх (858–867 и 877–886 гг.). После Григория Богослова и Иоанна Златоуста, это третий из отцов церкви, занимавший константинопольскую кафедру. Среди работ Фотия сохранился документ – «Окружное послание» Патриарха Фотия Восточным Патриаршим престолам, посвященное созыву Собора в Константинополе (867), где Фотий упоминает о добровольном крещении воинственной Руси, ещё недавно причинившей столько бедствий христианам. и Аскольдова крещения, к греческой церкви у нас относятся с подозрением, – продолжала сомневаться Ольга. – Хотя в Кийгарде есть две улицы прихожан Готской церкви и иудейских сектантов, но варяги из Игоревой дружины христиан не жалуют. Особенно после того, как воеводы франков мечом и огнем стали крестить их родичей на берегах Венедского моря.

– Времена патриарха Фотия давно минули. И к насильственному крещению полабских славян греческая Церковь не имеет никакого отношения, – парировал патриарх. – А вот паства Готского округа Таврии, наверняка, воспринимает тебя как еретичку. Памятуя о Керстне.

Чтобы опровергнуть эти подозрения ты и должна принять таинство крещения в патриаршей церкви Константинополя.

– Я подумаю, отец мой. – В глубине своей души Ольга еще колебалась и раздумывала.

– А я не тороплю тебя, дочь моя. Подумай. Но только так ты заручишься покровительством Владыки и сможешь возвышать слуг преданных тебе.

Патриарший прием был завершен. Ольга поблагодарила Феофилакта за предоставленную беседу и в пояс поклонилась первосвященнику. Тот осенил ее крестным знамением и проводил к выходу.

Дворцовые постройки «царя царей» поражали своей роскошью. Багрянородный, будучи и сам знатоком многих ремесел, собрал у себя поистине редкие предметы искусства, живописи и скульптуры. Резные украшения и лепнины, мозаика и витражи на окнах – все привлекало взгляд.

По приказу Константина обновили и привели в порядок царские одеяния и попорченные временем короны и венцы. Великую гавань [490] Великая гавань – видимо, царский причал (Вуколеон), неподалеку от Большого дворца. украсили привезенными из разных мест статуями и устроили там великолепный пруд с золотыми рыбами.

Любуясь из окна Вуколеона [491] В восточной части Константинополя был небольшой дворец, от которого к самой воде спускалась мраморная лестница, увенчанная скульптурой льва, терзающего быка. По этой скульптуре дворец и получил название Вуколеон (Бык и Лев) этой красотой, Константин, по обыкновению вел неторопливую беседу с патриархом Феофилактом:

– Полюбуйся, Феофилакт, на дворцовую гавань и статую Вуколеон. Как это символично! Лев сражается с Быком. Солнце с Луной. Рим с Карфагеном. Иисус с Сатаной. Они вечно противостоят друг другу, но в этом противостоянии обречены, быть в Единстве. И рождается из этой бесконечной войны – Божественное Равновесие. Стоит лишь одной из сил, на короткий миг одержать верх – все, крах, разрушение, смерть. В этом и состоит ответ на извечный вопрос: «Почему Всевышний так редко вмешивается и не наказывает Зло?».

– Я понимаю тебя. Зло одних людей является добром для других! И ты утверждаешь, что своим бездействием Всевышний поддерживает равновесие?

– Абсолютно верно! Бог не может быть на чьей-то стороне. Он сохраняет общее равновесие жизни. И вмешивается в дела людские, только если преобладает одна из сил. Как во время Потопа. Это и есть пример для подражания. В этом и есть смысл нашей политики.

– Патриарх Болгарский жалуется на агрессивность богомильских [492] Богоми́лы – название антиклерикального движения X–XV веков, которое возникло в южной и юго-западной Болгарии в X веке в годы правления царя Петра I (927–969) и оказало влияние на французских катаров. Основателем движения был болгарский поп Богомил. В результате того, что последователи учения терпели несправедливость в окружающем мире и в церкви, у них возникло представление о том, что материальный мир не может быть творением Божиим, а является делом рук Сатаны. Отрешаясь от погрязшего в грехах мира, они пытались обрести близость к Богу и, таким образом, спасение. Они считали, что люди могут войти в Царствие Небесное только при условии крайнего аскетизма. Они, согласно римско-католическим источникам, отрицали атрибуты веры, кажущиеся им обременительными. общин в своей епархии, – стал рассказывать патриарх о проблемах у северных соседей. – Это неудивительно, если вспомнить, что первый епископ у болгар был учеником апостола Павла. Не успели мы покончить с ересью павликиан в Тефрике, а она уже проявилась в Болгарии. Патриарх ждет моего совета. Что ответить ему, Константин? Может жестче карать инакомыслящих? Как мы в Калабрии и Неаполе?