Давид Кизик - Время Феофано

– А как же города, ремесленники, цивилизация? Мне кажется, ты преувеличиваешь и сейчас говоришь о реатах, как о простых рабах, – покачал головой Феофилакт. – Да, в наше время подобная дикость встречается разве что у варваров в забытых Богом горах, где пастухов больше, чем земледельцев. Там реаты так и остались бессловесными рабами. Другое дело на равнине. Где хлеборобов было гораздо больше, чем шванов. Тут, со временем, зарождались новые отношения. Ведь мнение большинства людей в сообществе диктуют правила поведения и жизни. – Вероятно, тяжело было бесправным реатам добиться равноправия и уважения со стороны пастухов князей, – с долей иронии произнес Феофилакт.

– Напрасно иронизируешь. Реаты требовали, как минимум, равноправия. И, конечно, права голоса. Им претили кровавые жертвы, которые привычно приносили своим покровителям пастухи. Иногда реаты восставали и сбегали от своих угнетателей. Об этом рассказывается в мифах о легендарном Хайке, вожде ариев Ману. О том, как увел он на север восставших реатов от диктатора и тирана Бела Мардука в Курдских горах.

Земледельцы, освободившиеся от тирании, смогли развить ремесла и построить города. Появились торговцы, осуществляющие связь между городами. Объединенные города создали цивилизацию.

– А как же пастухи? Разве могут земледельцы существовать сами по себе, общинами, без скотоводов, без царей? – Феофилакт подумал, что загнал Константина в угол.

– В том то и суть, что и земледельцы и скотоводы зависят друг от друга и существовать по отдельности не могут, – как ни в чем не бывало, продолжал базилевс. – И речь идет лишь о равновесии. Если угодно – о равноправии в обществе.

Именно поэтому в этой бурлящей среде зародилась новая, третья ветвь власти. Каста Пирров-жрецов. Жрецы выражали волю богов, поэтому имели право выполнять судейские функции между двумя кастами. Это была хорошая узда как для тирании шейхов, так и для анархии реатов. Это уравновешивало власть. Но равновесие – состояние хрупкое и, если оно нарушается, наступает время, кровавого хаоса. Единство и противоборство трех каст продолжается и в наше время. Иногда, чтобы лучше понять день сегодняшний, надо непредвзято взглянуть на день вчерашний.

– Все, что ты рассказал, весьма занимательно, – заключил Феофилакт. – Ты долгое время уделял древним языческим рукописям. Но для христиан имеет значение лишь то, что написано в Библии. Отражено ли подтверждение твоих слов в Священном Писании?

Константин задумчиво взглянул на жизнерадостно журчащий фонтан.

– Разумеется. Наглядный пример такой борьбы донесло до нас и Писание. В записях о хеттском пастушке Хазарсифе и выведенной им из дельты Айгюптоса [148] У Гомера «Айгюптос» означает реку (Нил) и только потом страну, сотворённую этой рекой. Вне зависимости от происхождения названия Египта, дальнейшее его распространение связано с эллинизацией региона Средиземноморья, где вместе с культурным влиянием греков распространялись их географические представления и топонимы. Позже это название переняли от них римляне – лат. Aegyptus (классическое произношение – Айгю́птус, традиционное – Эги́птус), и через латинский язык, оно перешло в общеевропейскую традицию.) общины земледельцев. Сам Хазарсиф был сыном хеттского шейха, следовательно, принадлежал к высшей пастушеской касте. Его приняли в семью фараона и первоначально называли по принадлежности к месту обитания его родного племени – Хазар. Так было принято во многих сообществах раньше, да и сейчас тоже. Позже, дочь фараона, воспитавшая его, придумала ему другое имя и стала называть его Моисеем. – Почему вообще семья фараона взяла на воспитание чужестранца с берегов Хазарского моря? Как ты думаешь? – Феофилакт с любопытством взглянул на Константина.

– Это объяснить просто, – терпеливо ответил тот. – Какие люди наиболее пригодны для войны? – Константин спросил и сам себе ответил: – Марьи из касты пастухов! А где фараон мог найти их? В двух местах: на западе – погонщики верблюдов из Ливийской пустыни и на востоке – колесничие народа куриалов, известных по Писанию как гиксы.

– Зачем фараону марьи? Разве у него недостаточно было своих воинов? – Недоверчиво поинтересовался патриарх.

– В спорах за территории недостаточно собственных людей умеющих сражаться. А обучать и содержать большую армию в мирное время и хлопотно и очень затратно. Но всякая война – это тяжелая работа. И побеждает в ней тот, кто имеет больше опытных воинов. Когда-то фараон из Фив Яхмес [149] Яхмос I (также известен как Яхмес, Ахмос или Амасис I) – фараон Древнего Египта, правивший приблизительно в 1550–1525 годах до н. э., основатель XVIII династии. сделал ставку на марьев из Ливийской пустыни [150] Ливийская пустыня – пустыня в Северной Африке, северо-восточная часть Сахары. . Сначала их силу он опробовал на юге, в Нубии. А потом разбил государство гиксов в дельте Айгюптоса. Хотя перед этим ему еще пришлось вступить в союз с пиратами Крита [151] Крит – самый большой греческий остров, пятый по величине остров в Средиземном море. Расположен в 110 км от Европы, в 175 км от Азии и в 300 км от Африки. Географически относится к Европе. Крит омывается тремя морями – Критским на севере, Ливийским на юге и Ионическим на западе. . Пираты блокировали побережье, а чернокожие наемники фараона с суши штурмовали и разрушили Аварис [152] Фараон Яхмос изгнал гиксосов из цитадели Аварис около 1530 г. до н. э. При нем цитадель Аварис перестраивается, превращаясь из крепости в дворцовую царскую резиденцию. Во время Рамессидов к северу от Авариса возводится новая столица страны – Пер-Рамсес, а Аварис становится её портом. , столицу гиксов. Так как с обеих сторон сражались марьи, то бои были чрезвычайно ожесточенными. Пленных почти не брали. Желая обезопасить дельту реки от вторичного нашествия гиксов, Яхмес вторгся и в Палестину [153] Палести́на (от арам. Pelešet) – историческая область на Ближнем Востоке, охватывающая примерно территорию современных Сектора Газа, Израиля, Голанских высот, Западного берега реки Иордан, Иордании, части как Ливана, так и Сирии, от Сидона на побережье Средиземного моря до Дамаска в северной её части, и от Рафиаха до залива Акаба – на юге. . Его войска после трехлетней осады, взяли крепость Шарукин [154] Желая обезопасить Египет от вторичного нашествия гиксосов и окончательно сломить силы врага, Яхмос во главе своей армии вторгся в Палестину и, после 3-летней осады, взял крепость Шарукин (курд. царский город: Сару – царь; кин – край), бывшую, вероятно, последним оплотом гиксосов из Загроса вблизи границ Египта. , последний оплот гиксов вблизи границ Айгюптоса.