Тимоти Финдли - Пилигрим

Ну конечно. И все же… Она улыбнулась.

«Почему нас учат врать? — подумала Тереса. — Бог не желает, чтобы мы отводили глаза. Он хочет, чтобы мы видели».

— Маноло!

И вновь тишина.

Заметив, что зверек вместе с детенышами ушел от запруды, Тереса подошла к огражденному камнями кострищу. Посередине Маноло вырыл ямку, и там до сих пор курились остатки теплой золы.

— Маноло!

На сей раз она крикнула как можно громче, чтобы ее услышали на том берегу.

Пикаро вылез из воды и отряхнулся.

— Маноло!

Нет ответа. Тереса прислушалась.

Шелест шагов… Откуда? Кто-то шел по засохшей листве.

— Маноло?

Тереса обернулась к деревьям. Шелест вроде раздавался оттуда, из-за спины. Но она ошиблась. Звук доносился с другого берега.

Пикаро фыркнул. Кто-то или что-то упало вводу. Или его столкнули. Тереса снова обернулась.

На том берегу пруда под деревьями проскакал всадник. Тереса не успела разглядеть его лицо — и даже цвет одежды.

Маноло лежал без сознания, нижняя половина тела скрывалась в воде. Тереса не умела плакать; Она боялась воды. Подхватив юбки, она помчалась к плотине.

Похоже, Маноло ударили по голове. Руки тоже были в крови. Кровь залила рубашку, штаны и костыли, валявшиеся рядом. Перро не было ни видно, ни слышно.

Тереса не знала, что делать.

Она неожиданно развернулась и помчалась по дамбе назад. Схватила поводья Пикаро, подвела ослика к лежащему без чувств Маноло. Он дышал. Он был еще жив. Но как же взвалить его на спину Пикаро? Если бы кто-нибудь помог ему подняться…

Молись.

Молиться?

Тереса поставила Пикаро рядом с Маноло и опустилась на колени в пыль.

— Ваше Величество!

Нет. Ничего не говори. Молитва — это не слова.

Тереса умолкла. Глаза ее были открыты. Она редко молилась с закрытыми глазами. Если Его Величество появится, она должна его увидеть.

Пастух не встал, зато сама Тереса воспарила над землей. Потянувшись вниз, она схватила Маноло за ворот разодранной рубашки и начала поднимать вверх. Казалось, он легче воздуха. Тереса уложила его лицом вниз на спину Пикара. Руки и ноги пастуха безвольно болтались по бокам.

Тереса, как во сне, встала с колен, подошла к ослику и взяла в руки поводья.

— Пошли! Нам надо идти.

Они все вместе пошли по плотине, на миг остановившись посередине. Тереса посмотрела на дальний берег озера. Желтые пыльные пеликаны безмятежно разлеглись в тени. Три оленя — вернее, одна косуля и два самца, пришли на водопой.

В воздухе мелькнул зимородок — нырнул, но не успел схватить добычу.

Судя по отдаленным возгласам, в долине появились люди. Скорее всего это возвращались всадники, с которыми она приехала сюда сегодня утром из El Cortijo lmponente. Где-то залаяла собака.

Перро?

Жара была удушающе влажной. Одежда прилипла к коже. Тереса шла, обливаясь потом, словно под водопадом.

Из озера выпрыгнула рыба. Счастливая! Сейчас она снова погрузится в прохладную глубину.

Тереса дернула поводья, и они с Пикаро пошли к берегу, в спасительную тень деревьев.

Снять Маноло с ослика оказалось совсем не трудно. Обмякшее тело, не сопротивляясь, упало на землю. Тереса осмотрела раны. Похоже, пастуха ударили по голове его же собственными костылями. И наступили сапогами на руки, поскольку на них остались следы подошв.

— Маноло!

Он не шевелился.

Тереса оторвала от платья подол, пошла к воде и как следует его прополоскала, чтобы избавиться от золотистой пыли. Затем обмыла раны Маноло и положила его голову себе на колени.

Минут через двадцать он начал приходить в себя.

— Ты, — промолвил он.

И все.

Пикаро отступал в сторонку, пока не оказался в тени деревьев.

Руки и ноги Маноло возвращались к жизни конвульсивными спазмами, дергаясь во все стороны. Одна рука ударила Тересу по лицу. Когда он успокоился, то улегся, как солдатик, стоящий по стойке «смирно».

— Что стряслось? — спросила Тереса. — И где Перро?

Вначале Маноло не мог вымолвить ни слова, но в конце концов в его бессвязном бормотании стал просвечивать какой-то смысл. Несколько всадников — три или триста? — выехали из леса, перебрались через речку и украли двух овец и пятерых ягнят. (Маноло сосчитал их по пальцам.) Они с Перро, разумеется, попытались остановить воров, но тех было слишком много, к тому же они ехали верхом.

Один из наездников спешился, свалил Маноло наземь и избил рукоятью шпаги.

А Перро?

Его тоже избили, а потом всадники решили затоптать пса, но кони инстинктивно уклонялись от несчастного животного, лихорадочно метавшегося у них под ногами. В последний раз Маноло видел Перро, когда тот бросился в озеро, пытаясь догнать грабителей. Сам пастух вцепился в конский хвост, и его протащили по лесу на том берету. Что было потом, он не помнил.