АБ МИШЕ - ЧЕРНОВОЙ ВАРИАНТ

Выше страха, выше смерти - Человек. Выше себя.

Из книги “Тот с отчизны моей”:

Франтишек Вроновский вместе со своей женой Розалией в деревне Завоз, волость Волковыя, Лесского уезда, оказали помощь еврейской семье Нусбаума... выкопав в навозной куче большую яму и обив ее досками, оставив только маленькое отверстие, через которое подавали еду. Поскольку украинские националисты ставили целью уничтожать не только евреев, но вместе с ними и польское население, за домом Ф. Вроновского постоянно следили, особенно ночами; однажды ночью было замечено, как открывалось отверстие и подавалась пища для Нусбаумов, после чего немедленно было сделано донесение в гестапо Волковыи, откуда приехали палачи и украинская полиция, они забрали Франтишека и Розалию Вроновских вместе с евреями, так что всякий

след их исчез по сей день [102, с. 355].

Предельный вариант: с петлей на шее - в омут, спасать утопающего.

Э. ПОЛАК (из бухенвальдского дневника):

4 августа [1944 г.]. ...с транспортом узников-евреев... прибыл Ежи Цвейг, родившийся 28.01.1941 в Кракове. Он получил номер 67509. В Липске он был отделен от матери и сестры, которых позднее газировали в Бжезинке. Лагерный Международный комитет постановил спасти этого трехлетнего мальчика, ...ребенка спрятали немецкие коммунисты [61,с. 257].

И. ЭРЕНБУРГ:

В местечке Сорочинцы жила врач-гинеколог Любовь Михайловна Лангман; она пользовалась любовью населения и крестьянки ее прятали от немцев. С нею была дочь одиннадцати лет. Однажды к ней пришли и сказали, что у жены старосты трудные роды. Любовь Михайловна... спасла роженицу и младенца. Староста ее поблагодарили донес немцам. Когда ее с дочкой вели на расстрел, она сказала: “Не убивайте ребенка...” А потом прижала дочь к себе: “Стреляйте! Не хочу, чтобы она жила с вами...” [14, т. 9, с. 418].

Сплетение добра и зла... Досадно здесь сбиваться на старосту, на Кадры. Но раз уж так вышло, стоит, пожалуй, обернуться к недоговоренному в конце главки “Фобия. Любовь” рассказу о советском офицере-еврее С. Мазуре, которого предала его жена. Вот завершение цитаты:

И. ЭРЕНБУРГ:

...Мазуру удалось скрыться. Он побрел на восток, дошел до Таганрога. Там его спрятала русская женщина - К.Е. Кравченко. Русский врач Упрямцев снабдил его паспортом одного из умерших [14, т. 9, с. 416].

Г. ФАСТ (1939-41 гг.):

...русские переместили евреев с путей наступления немецких армий и из той части Польши, которую Россия оккупировала. ...Советы транспортировали почти миллион евреев из Польши и Украины на юго-восток России. Разумеется, эти евреи претерпели множество лишений. ...но... они выжили. А это, в конце концов, главное [27, с. 352].

Русские люди... Горами трупов навалясь, раздавили гитлеризм (как некогда плотиной поперек татарского потока в Европу).

Ш. АШ (американско-еврейский писатель):

...да будут благословенны русские люди, которые не обжирались, подобно нам [американцам]... но зато спасли человечество от гибели и позора [84, с. 27].

Остатки освенцимских узников на пороге смерти перехватила 60-я армия 1-го Украинского фронта. В мерзлую землю лег 231 солдат-освободитель. За три месяца до конца войны. Ради глотка вольного воздуха для семи с половиной тысяч почти мертвых лагерников [50, с. 43].

Солдаты. Присяга... Выше присяги - добровольность - добрая воля.

Б. ЯРОШ (Освенцим):.

Витольд Пилецкий, доставленный в лагерь 22 сентября 1940 года вместе с группой лиц, задержанных во время одной из облав гестапо в Варшаве, к которой он добровольно присоединился... совершил побег из лагеря. А целью побега было не спасти собственную жизнь, а вынести документы о гитлеровских преступлениях, рассказать миру правду о лагере устами очевидца, а также подготовить с помощью подпольных организаций план нападения на лагерь и его освобождения [50, с. 140].

ГЕСС:

Одна молодая женщина обратила на себя мое внимание еще во время селекции на платформе: она была очень взволнована и не похожа на еврейку. Около нее было двое детей. Теперь же [возле газовых камер] она... очень охотно, то тут, то там, помогала раздеваться детям и старым женщинам. Детей с ней уже не было. До самого конца она была среди многодетных женщин, сердечно разговаривала с детьми и успокаивала их. Одной из последних вошла в газовую камеру, в дверях задержалась и сказала: “Я с самого начала знала, что в Освенциме нас ждет смерть. Я не хотела быть причисленной к трудоспособным и поэтому взяла себе чужих детей...” [49, с. 90].