Лина-Софья Нейман - Пятница

На другой день Роза писала письмо Иосифу:

«Дорогой Иосиф! Я - дома. Всё хорошо. Все здоровы. По дороге видела Мирру, брат твой работает, просил тебе кланяться…» Дальше Роза писала об общих знакомых в городе.

Из письма Розы Иосифу всё было ясно: и то, что она благополучно привезла и передала нелегальную литературу, и то, что её спутники из Берлина - Оля и Лёва - ни о чём не догадались.

Пятница внимательно прочёл письмо Розы и подумал про себя:

«Вот кто молодец, так это наш Рыжик! Настоящий конспиратор! Славная революционерка!»

Жаль, что этих мыслей не могла подслушать Роза. Как бы она им обрадовалась!

Ровно через сутки Лёва Петров и Ольга Поповиченко были дома, в Одессе. Они должны были в тот же день передать привезённую литературу.

Лёва, радостный, прибежал с вокзала домой. Он соскучился по родным. Во дворе его встретил брат, Сеня. Он хотя и был моложе Лёвы на четыре года, но очень дружил с ним.

- Мама на кухне. Отец, конечно, уже ушёл, - сказал Сеня, идя впереди Лёвы и всё на него оглядываясь.

Он гордился братом. Ещё бы, студент! Перешёл на третий курс. А главное… но этого никому нельзя рассказывать. Сеня знает что-то про Лёву. Пожалуй, и отец с матерью догадываются. Придёт время - и Сеня пойдёт по стопам Лёвы.

Мать увидела в окне Лёву. Выбежала ему навстречу в большом кухонном переднике, вытирая им мокрые руки:

- Лёвушка! Дитя моё!

И уже в сенях, не стесняясь, мать и младший братишка целовали Лёву с двух сторон.

Когда все трое очутились в комнате, Сеня шёпотом спросил:

- Лёва, помочь тебе?

- Вот что, - ответил Лёва, - я открою чемодан, а ты помоги мне сложить вещи в шкаф. Мне надо немедленно уйти.

Мать и Сеня ни о чём не спросили. Мать тихо сказала:

- Ну, пойду на кухню. Потом поговорим. - И ласково кивнула Лёве. - Отец обещал сегодня пораньше прийти.

- Вот хорошо! К тому времени я вернусь.

Вещи, аккуратно уложенные в чемодан Пятницей, после осмотра в таможне лежали в беспорядке.

- Не беспокойся, - сказал Сеня. - Я всё разложу, будет полный порядок.

- Знаю, знаю… - И Лёва уже спешил, крепко прижимая к себе портфель.

«Если б кто-нибудь из прохожих знал, что у меня в портфеле!» - думал он.

У Ольги Поповиченко всё было иначе. Она жила в роскошном особняке на Французском бульваре, у моря. Её отец, генерал, был суровым стариком. Своих дочерей: старшую, Ольгу, и младшую, Катю, - генерал нежно любил. Но, несмотря на всю свою любовь к ним, он не пощадил бы их, если б они замыслили что-либо против «царя-батюшки».

Ольга, направляясь домой, рассчитывала, что, кроме домашних слуг, дома никого не окажется, что вся семья, вместе с больной матерью, уже переехала на дачу.

Девушка со всех ног бежала по лестнице.

Ольга боялась только одного: как бы кто-нибудь её не остановил.

Она очутилась в своей комнате и первым делом закрыла окно: малейшее дуновение ветерка могло поднять в воздух тонкие листочки «Искры». На дверь девушка накинула крючок. Всё! Теперь можно работать. Распороть платье нетрудно, но надо быть очень осторожной, чтоб не задеть листочки «Искры».

Она настолько углубилась в работу, что не сразу услышала стук в дверь. И вдруг вскочила. Платье, листки «Искры» - всё полетело на пол, к её ногам. Это был стук отца: три сильных удара и выстукивание мелодии походного марша.

- Кто там? - спрашивает приглушённый голос, в котором с трудом можно признать голос Ольги.

- Это я! - пищит Катя тоненьким голоском.

- Ну, что ты, на самом деле? Дурашка! - Ольга старается говорить ласково, но от страха никак не может прийти в себя.

- Да ну открой же! - просит Катя.

- Подожди…

Тут Катя выходит из себя:

- Вечно секреты! Не успела приехать, и уже секреты! Вот пошлю папу - он отучит тебя от секретов!

Ольга обмерла. Отец - дома!

В один миг у Ольги созрело решение. Она всё запихнёт в старую ручную корзинку - и бумаги и платье, распоротое не до конца, - и убежит из дома.

Девушка рывком открыла дверцу шкафа, наспех сорвала с вешалки белое платье в пёстрых цветочках и кое-как натянула его на себя. Ольга схватила корзинку, но как на грех оторвалось ушко у корзинки, пришлось перевязывать крышку верёвкой.

Ольга помчалась по лестнице. Она, как мальчишка, прыгала сразу через две ступеньки.

И в это самое время раздались три сильных удара и мелодия походного марша. Отец!

Ольга выбежала на улицу, завернула за угол, обогнула справа площадь с высоким памятником на гранитном пьедестале - дюку Ришелье - и вошла в небольшую и тихую улицу.