Александр Волков - Зодчие

20 августа Иван Васильевич наконец получил ответ Едигера на предложение сдаться; этот ответ исключал надежду на мирный исход дела.

«У нас все готово! Ждем вас на ратный пир!» – писали казанцы.

Русское войско раскинуло лагерь на широком лугу от Волги до Казани и Булака.

Основатели Казани выбрали хорошее место для города: его поставили на горе, между двух топких, илистых рек – Казанки и Булака. Сливаясь под городской стеной, к западу от Казани, эти две реки да возведенные за ними стены трехсаженной толщины надежно защищали город с трех сторон. Только с четвертой стороны, восточной, с Арского поля, был открытый доступ к городу. Зато здесь стояли семь стен из толстых дубовых бревен, отступя одна от другой на сажень. Промежутки заполнял песок и щебень. Получилась одна стена огромной толщины и прочности. А у ее подножия проходил глубокий ров.

При взгляде на могучие укрепления Казани становилось ясно, что здесь лихим наскоком не возьмешь, что потребуется продолжительная осада.

– Дело предстоит трудное, бояре! – сказал царь Иван воеводам.

Вечером того же дня у стен Казани поднялся сильный шум, слышны были выстрелы. Крики сражающихся разносились далеко в вечернем воздухе. Из свалки вырвалось несколько верховых; дико настегивая коней, они скакали к нашим передовым постам.

– Али на нас скачут татары? – спросил Василий Дубас, обращаясь к старшему в дозоре Луке Сердитому, и на всякий случай приготовил дубину.

– Не трожь! – унял парня Лука. – Разве не видишь – перебежчики!

Подскакав к русским, передний татарин, низенький, с морщинистым лицом, на котором горели живые черные глаза, закричал по-русски:

– Эй, казак, не стреляй! Мы к вашему царю бежим!

Главарем перебежчиков оказался Камай-мурза.

Его отвели в царский шатер. Распластавшись на полу, татарин повел рассказ. Он хотел вывести из Казани сотни две сторонников. Камаю удалось пробиться за стену, но тут пришлось выдержать схватку с отрядом, охранявшим ворота снаружи.

– Вот и прибежал к тебе сам-восьмой, государь! – закончил Камай-мурза, снял тюбетейку и вытер с бритой головы крупные капли пота.

– Повезло тебе, нехристь! – проворчал князь Воротынский, не любивший татар, даже сторонников Москвы.

– За послугу я тебя, Камай, не оставлю, – молвил царь, и перебежчик радостно встрепенулся. – Рассказывай, как у вас, в Казани?

– В Казани черному народу неохота воевать, да сказать о том страшно. Кто слово молвит супротив войны, тому кинжал в бок! Вот и притворяются люди, что злы на Русь. Русь за стенами, а гиреевцы рядом… Ну, и муллы тоже – райские сады сулят, кто за веру сгинет…

– Запасов в Казани много?

– Много, много, государь! Пороху наготовили в достатке, есть и пушки и пищали… И еще одно тайное дело открою, как верный слуга твой, государь: оберегай свое войско, на него засада спрятана…

Камай рассказал, что знаток военного дела хан Едигер не запер все войско в городских стенах. В окрестных лесах укрылась сильная рать – тридцать тысяч отборных воинов под предводительством храброго батыра князя Япанчи. Эта рать будет нападать на русских с тыла, беспокоить налетами и, не принимая решительного боя, наносить короткие, но сильные удары.

Царь отпустил Камая и тотчас собрал воевод.

С общего приговора установили расположение войск вокруг осажденной Казани.

Дружина царя осталась на Царевом лугу, близ Булака, вытекающего из озера Кабан. Севернее стал Сторожевой полк воеводы Василия Серебряного, а еще дальше, при слиянии Булака с Казанкой, – полк Левой Руки с воеводой Плещеевым. Князь Ромодановский с Запасным полком расположился за тинистым Булаком, на левом его берегу. Хан Шиг-Алей с касимовскими и темниковскими татарами занял берег озера Кабан. Все эти силы преграждали казанцам путь к Волге, на запад.

С востока стал на обширном Арском поле Большой полк Воротынского и Ертоульный полк Троекурова.

С севера сторожил город полк Правой Руки Андрея Курбского и Петра Щенятева.

Город обложили надежно – трудно было в него и одиночке пробраться; а о приходе подкреплений нечего и думать.

За долгие дни похода царь Иван Васильевич основательно обдумал план осады. Вести дело по старинке молодой полководец не хотел. Он твердо решил, что не уйдет из-под Казани без победы.

Ворота: 1 – Муралеевы; 2 – Елабугины; 3 – Збойлевы; 4 – Кайбацкие; 5 – Арские; 6 – Царевы; 7 – Ногайские; 8 – Крымские; 9 – Аталыковы; 10 – Тюменские.