Райдо Витич - Противостояние

— Закрыли тему! — повторил громче разозлившийся Каретников. А что злился?

Потом только понял — на себя, за то, что не узнал ни имени, ни фамилии, ни возраста, ни откуда она. И потому не сможет узнать — выжила ли.

Глава 27

Жарко, отчего же так жарко, что все стучит и стучит, — пыталась понять Лена, выныривая из тумана. И видела людей, но воспринимала их фантомами, и все вглядывалась с лица, пытаясь узнать. И не узнавала.

Пожилая майор военврач, устало потерла глаза: немного и они прибудут на станцию.

— Готовьте раненных к выгрузке, Анастасия Семеновна, — сказала старшей медсестре.

И села за истории болезней. Нужно успеть рассортировать умерших и живых, проверить, дописать, расписаться. Валя помогла, молодая сестра, разложила уже на стопки.

— Это умершие, Валентина Ивановна. Это тяжелые, — на вторую стопку указала. Женщина села и пробежала взглядом по записи в первом листе. В графе «ФИО» значилось «Пчела».

— Это что?

— Это с седьмой. Женщина после пыток.

Майор вздохнула и потерла лоб:

— Не женщина она, Валя, девочка совсем.

И подписала сбоку на истории крупными буквами: Cito! Sypsis!

— Ее в первую очередь, Валюша, — отдала исписанные листы. — Может, успеют.

— Ян Артурович, раненых привезли, — семенила за стремительно двигающимся по коридору высоким седовласым мужчиной в белом халате Ерохина Сима, санитарочка. — Тяжелые, страсть.

— Операционную готовьте.

— Так готовы, бригады в сборе, первых уже приняли. А тяжелые вас ждут, чего вы скажете.

— Сима, я иду, — напомнил, мешающейся под ногами пигалице. Толкнул дверь в приемник. Туда уже сносили раненых. Майор Павчук распределял кого в перевязочную, кого сразу на стол. Завидев Яна Артуровича бросил, махнув ему рукой:

— Там трое. Сложные.

Мужчина подошел и увидел на трех каталках в ряд двух мужчин и девочку, молоденькую, молоденькую. Она горела. Повязка на голове была в цвет лица, а щеки не просто красные — алые.

Доктор взял лист и прочел: Быстро! Сепсис!

Передал историю Галине, молодому врачу, и отодвинул простынь с тела девочки, оглядел повязки, слушая женщину:

— Имя, фамилия, отчество неизвестно. Часть неизвестна, написано — разведка. Возраст восемнадцать — двадцать лет. Поверхностное осколочное ранение левой височной области, ожог третьей степени в области груди, живота, некроз, множественные резанные раны спины, некроз, резанные, колотые раны спины, груди, рук…Ян Артурович? — вытянулось лицо женщины. Это как вообще?

— В перевязочную. Срочно. Займитесь, Галина Сергеевна, я сейчас буду.

И повернулся к мужчине, что метался на каталке, отогнул простынь, увидел распухшую ногу и понял, что придется ампутировать, вариантов нет.

— В операционную, — бросил.

Через десять минут он уже входил в операционную, где за перегородкой расположилась перевязочная. Девушку уже раздели, сняли бинты, а салфетки оставили. Сима руки к груди прижимала, таращась на кровавый эскиз звезд на груди и животе, проступающий сквозь марлю. Галя исподлобья смотрела на Яна.

— Не иначе, гестапо, — бросила глухо. Банга был согласен, потому промолчал. Завязал маску и начал пинцетом снимать салфетки, а с ними кожа сошла, оголяя изъязвленные раны, глубокие, с оплавленными краями кожи.

Худо.

Девушка заметалась, захрипела, и доктор глянул на санитарку: придержи ее.

— Края иссечь. Перекись, стрептоцид не жалея, повязки не плотные, — продиктовал Галине. — Закончите, позовете.

И перешел за стол с мужчиной, для ампутации. За тремя другими столами оперировали коллеги. Булыгин, ассистент хорошо справлялся, и Ян вернулся к больной. Осмотрел раны на руках — тоже скверно. Если удастся справиться с сепсисом, нужна будет операция для восстановления сухожилий. Рана на голове ерунда, по сравнению с другими, но не так уж поверхностна.

— Нужен рентген, — бросил, заподозрив наличие осколка. — С повязками — та же схема.

И опять к столу, Булыгину помогать.

Вернулся, девушку уже на живот положили.

Ян глянул на изрытую грубыми, глубокими ранами спину и уставился на Галю: жива? В обморок не собирается упасть? Нет, но взгляд растерянный, жалеющий.

Мужчина взял пинцет и скальпель: тут много работы и молодой, неопытной ее не доверишь.

— Дима, сам справишься? — спросил у Булыгина.

— Да, Ян Артурович, заканчиваю.

Ян приступил к иссечению, давая распоряжения Галине:

— Капельницы с литической смесью три раза в сутки. Глюкоза, витамины, три раза в сутки. У старшей сестры есть пенициллин.