Виктор Поротников - Митридат

— И все же я последним бежал с поля битвы под Орхоменом в отличие от некоторых, — глядя Таксилу в глаза, сказал Архелай.

— Зато при Херонее ты бежал впереди всех и заперся в укрепленном лагере, не впуская туда преследуемое римлянами понтийское войско, — уязвленно воскликнул Таксил. — По твоей вине римляне перебили так много наших воинов, прижав их к лагерному частоколу. Может, скажешь, этого не было? Или станешь отрицать, что это было не на пользу Сулле?..

— Я потерял в битве своего сына! — гневно воскликнул Архелай.

— А я потерял в Греции сто пятьдесят тысяч войска, как выясняется, по твоей вине, Архелай, — мрачно вставил Митридат. — Эта потеря была бы оправданной и объяснимой, если бы мы не проиграли войну. Но войну мы проиграли, Архелай…

— Значит, виновником поражения в войне ты считаешь меня, царь? — не скрывая горестного изумления, спросил Архелай. И тут же сокрушенно добавил, видя, что Митридат молчит: — О боги, и почему я не погиб под Орхоменом!

— Ты не мог погибнуть, Архелай, так как твоя смерть была невыгодна Сулле, — сказал Тирибаз, по лицу и тону которого можно было определить, в чем именно он подозревает Архелая.

— У тебя есть веские основания обвинять меня в измене, Тирибаз, или ты поверил наветам двух этих негодяев? — спросил Архелай, кивнув на Таксила и Дорилая.

— Есть, — коротко ответил Тирибаз. — Почему Сулла без выкупа отпустил наших пленных, стоило тебе попросить его об этом?

— Сулла был заинтересован в мире с Митридатом, поскольку настоящим его врагом в ту пору был Флакк, — без заминки пояснил Архелай. — Зная об этом, я намекнул Сулле, что царь Митридат скорее пойдет на заключение мира, если получит без выкупа своих пленных.

— А как ты объяснишь то, что Сулла подарил тебе огромный участок плодородной земли на Эвбее? — снова спросил Тирибаз, подозрительно глядя на Архелая.

— Я не знаю истинную причину такой щедрости Суллы, — слегка смутившись, ответил Архелай, — но, думаю, Сулла таким образом желал привлечь меня на свою сторону. Однако я не изменил Митридату и до конца отстаивал его интересы на переговорах с Суллой. В том свидетели боги!

— Богам известно также и о том, Архелай, что ты живо продал подаренную Суллой землю и выручил неплохие деньги, — продолжил Тирибаз, жестом подзывая к себе Зариатра. — Как зовут того посредника, через которого Архелай осуществил эту сделку?

— Клеон, сын Рамфия, самый богатый трапезит в Халкиде, — ответил Зариатр с угодливым полупоклоном.

— И сколько же денег получил Архелай за проданную землю? — вновь обратился к гаушаке Тирибаз.

— Пятьдесят талантов, — промолвил в ответ Зариатр.

— Клянусь Ахурамаздой, я и не догадывался, что наш Архелай такой ловкач! — насмешливо воскликнул Тирибаз. — Он сумел примирить Суллу с Митридатом да еще и нажился на этом!

— А я не понимаю, зачем браться за меч, если имеешь склонность к торговым сделкам! — проворчал Моаферн.

— По-моему, измена налицо, — заявил Таксил. — Архелай принял землю в дар от врага и скрыл это. Он заслуживает суровой кары!

— Архелай заслуживает смерти! — сказал Дорилай. Взгляды всех устремились на Митридата.

— Архелай заслуживает крайнего наказания, если он замышлял измену, — сказал царь с холодным выражением на лице. — Однако, прежде чем казнить, следует выслушать его. Смотри, Архелай, сейчас у тебя благосклонный судья. Если ты еще можешь опровергнуть то, в чем тебя обвиняют, — опровергни!

Повисла напряженная тишина. Архелай огляделся вокруг и, увидев жестокие глаза Тирибаза, недоверчивый взгляд Моаферна, враждебные лица военачальников и гаушаки, вдруг бросился к Митридату и обнял его колени:

— Царь, умоляю тебя, не суди обо мне по моим неудачам при Херонее и Орхомене, не суди по моей ошибке, когда я принял дар Суллы, но по нашей прошлой дружбе. Разве осмелился бы я вернуться к тебе, если бы имел помыслы об измене? Вспомни, я выполнял все твои поручения, сражаясь то с армянами, то с гетами, то с колхами… Я разбил римлян на реке Амний, потом обратил в бегство Мания Аквилия, взял штурмом Никомедию и Стратоникею. Неужели мои поражения в Греции перечеркнули все мои прошлые заслуги? Царь, если ты благосклонно слушаешь речи моих обвинителей, так выслушай и тех, которые в любой момент готовы поручиться за меня, а таких немало в войске, которым я командовал среди бывших пленников, вызволенных мною из римской неволи.

Митридату было известно об этом. Пленники, возвращенные Суллой Митридату, превозносили Архелая до небес, и среди них сын Митридата, Ксифар. Знал Митридат и тех военачальников, что неизменно защищали Архелая и, наоборот, ругали Таксила и Дорилая, которые, по их мнению, всячески мешали Архелаю на войне.