Виктор Поротников - Митридат

Спускаясь по ступеням в мегарон, Митридат расслышал сзади ворчливое замечание Тирибаза:

— Опасная затея — дразнить Рим. Все равно что выходить с одним ножом на медведя.

«Однажды я уже выходил с одним кинжалом на медведя и одолел его, — упрямо подумал Митридат. — Одолею и Рим, клянусь Митрой!»

Пятнадцатилетняя Клеопатра очень скоро узнала про обещание, данное ее отцом Сократу. Это известие привело девочку в восторг, и она прибежала к Нисе, доводившейся ей теткой, чтобы поделиться своей радостью.

— Не понимаю, чему ты радуешься, детка, — промолвила рассудительная Ниса. — Сократ лет на двадцать старше тебя.

— Зато я стану царицей, как Апама, — горделиво сказала Клеопатра, — а это кое-что значит!

Ниса печально вздохнула, видя, как блестят глаза у ее красивой племянницы.

— Твоя мать тоже страдала этой болезнью, детка, — заметила она.

— Какой болезнью? — не поняла Клеопатра.

— Властолюбием, — пояснила Ниса.

— Отец говорит, у кого нет властолюбия, у того кровь холодная, как у змеи, — отпарировала бойкая на язык Клеопатра.

— Иного от него я и не ожидала услышать, — невесело усмехнулась Ниса.

Теперь Клеопатра постоянно допытывалась у евнухов, имевших доступ в мегарон, о том, какие слухи приходят из Вифинии. Гинекей жил иными заботами, поэтому о военных событиях здесь узнавали в последнюю очередь. Вскоре стало известно, что Архелай разбил войско Никомеда и захватывает один за другим его города.

Царь пафлагонян Александр также выступил против вифинского царя.

Митридат в эти дни светился от радости. Он так устал от неудач и был похож на человека, одолевшего наконец трудный подъем.

Митридат стал готовить корабли, чтобы запереть Никомеда с моря, узнав, что Архелай осадил его в Никомедии. Однако флот не потребовался, не потребовались и осадные машины. Никомед бежал к римлянам в Пергам, а жители его столицы сами открыли ворота Архелаю.

Царем над вифинянами стал Сократ.

Юную Клеопатру ее тетки и служанки стали собирать в дорогу. Митридат не хотел тянуть со свадьбой. Ему хотелось покрепче привязать к себе Сократа. Такой союзник был жизненно необходим Понту, поскольку Вифиния господствует над одним из проливов в Мраморном море — Боспором Фракийским. Через этот пролив идут в Грецию и на острова Эгеиды корабли с понтийским зерном в обмен на медь и серебро.

Царь дал в приданое своей дочери множество украшений из золота и драгоценных камней, сундуки, набитые платьями и всем необходимым для убранства царского жилища, кубки и ритоны из серебра и золота, тысячу талантов в чеканной монете.

Тирибаз, глядя на все эти богатства, мрачно посоветовал Митридату:

— Лучше дай в приданое Клеопатре отряд преданных воинов. Клянусь Ахурамаздой, они пригодятся ей больше золота и ковров. Никомед еще вернется в Вифинию и вернется с римлянами.

— Что ж, — сказал Митридат, — у Ахеменидов было в обычае давать своим дочерям в подарок кроме золота еще и отряды войска. Я, как наследник Ахеменидов, поступлю так же. Я подарю Клеопатре триста воинов, которые будут подчиняться только ей.

— Слишком мало, царь, — проворчал Тирибаз. — Если уж ты не поскупился в деньгах, то будь и тут столь же щедрым.

— Так и быть, — уступил Митридат, — я дам Клеопатре тысячу воинов.

Клеопатра, узнав, что у нее отныне есть собственное войско, тут же заявила своему брату Митридату, прибывшему из Армении, что она непременно поможет ему снова воцариться в Каппадокии.

Впрочем, ее отец и жених и без нее договорились о совместной войне с Ариобарзаном. Война эта началась спустя полгода. Ариобарзан хоть и держал войско наготове, зная, что Митридат не оставит его в покое, но одолеть одновременно вифинян и понтийцев не смог. В сопровождении небольшого отряда всадников Ариобарзан ускакал в Пергам просить помощи у римского наместника.

В Пергаме Ариобарзан узнал о начавшейся войне между Римом и его италийскими союзниками. Эта тяжелая война отнимала все силы римского государства. В ней принимали участие все прославленные римские полководцы, в том числе Гай Марий, победитель кимвров и тевтонов, и Сулла, с которым Ариобарзан успел подружиться. Италийские союзники Рима взялись за оружие, так как римляне не давали им гражданских прав и отнимали землю. Незадолго до этого благородные братья Гракхи пытались путем введения нового законопроекта оградить италийских союзников от обезземеливания, но сенат и богатые нобили сумели подавить движение Гракхов и убить самих реформаторов.