Виктор Поротников - Митридат

То ей не нравилось, какой у нее взгляд на камее, то нос казался слишком велик, то губы слишком тонкими, то не устраивала прическа, то поворот головы…

Митридат уже ушел с войском в поход, а бедняга Феак все продолжал ходить к царице и показывать ей очередные слепки будущей камеи.

Мастер был близок к отчаянию.

Придя в очередной раз во дворец, Феак с бьющимся сердцем показал царице новую восковую модель с ее изображением.

Неожиданно Роксана похвалила его и даже пригласила разделить с ней трапезу.

Феак не помнил себя от счастья!

За обедом царица внимательно присматривалась к мастеру, наметив его в любовники.

Конечно, сорокалетний Феак казался немного староват для двадцатичетырехлетней Роксаны, зато он был изысканно-любезен, умел красиво говорить, забавно шутил. Вдобавок Феак был не женат, поэтому царице казалось нетрудно завлечь его в свои сети.

Для своих лет Феак неплохо выглядел. Он был строен и хорошо сложен, имел приятные черты лица и густые вьющиеся волосы. Роксана также подметила в глазах Феака какую-то затаенную грусть и решила, что у него, как и у нее, имеется сердечная рана.

«Наверно, он обманут женщиной, как я — мужчиной, — думала Роксана, — наши жизненные разочарования должны сблизить нас».

И царица стала действовать, настойчиво и незаметно приближая Феака к себе. Она еще раз пригласила его в гости, затем заплатила мастеру за камею со своим изображением вдвое больше обещанного Митридатом. Неожиданно сама напросилась в мастерскую Феака, находившуюся не очень далеко от дворца.

Постепенно дворцовые слуги привыкли к тому, что Феак подолгу засиживается в покоях царицы, либо прогуливается с ней наедине в обширном дворцовом парке, или обедает на террасе, слушая пение птиц.

Их разговоры об искусстве живописи и глиптики, об архитектурных стилях и философии были лишь ширмой. На самом деле Роксана и Феак наслаждались взаимной симпатией. Гораздо большее значение при встречах они придавали прикосновениям рук, красноречивым взглядам…

Первый раз они поцеловались в парке под сенью густых акаций. Причем Феак так и не решился бы на это, если бы Роксана не шепнула ему: «Смелее!» и сама не подставила губы.

Два дня спустя в парке, почти на том же месте, Роксана отдалась Феаку, млея от мысли, что она все же решилась на такое безрассудство. Упиваясь местью, Роксана все чаще встречалась с Феаком, вытворяя в постели с ним все то, чему она научилась на ложе с Митридатом.

Внезапно Роксана почувствовала, что беременна.

Это расстроило ее, поскольку невольно приходили мысли о возможных плохих последствиях измены.

Любовники стали встречаться реже.

Затем все тот же Зариатр поставил Роксану в известность, что о ее связи с Феаком знают все во дворце.

Роксана не на шутку испугалась и запретила любовнику приходить.

Между тем она задолжала гаушаке за два письма Монимы, перехваченных им. И за несколько подслушанных разговоров недоброжелателей царицы. Стефан наотрез отказывался давать царице деньги из казны сверх отпущенной Митридатом нормы. Роксана увязла в многочисленных постыдных мелких долгах, занимая деньги то у Нисы, то у помощников Стефана, то у Феака, но все равно полностью рассчитаться с Зариатром не могла.

В один из своих визитов Зариатр многозначительно заметил:

— У тебя остается последняя возможность расплатиться со мной, моя царица.

— Что за возможность? — спросила Роксана, с надеждой глядя на гаушаку.

— Время от времени доверять мне то сокровище, что находится пониже твоего живота, — ответил Зариатр.

Роксана вспыхнула и оскорбленно вскинула голову.

— Как ты смеешь, наглец, говорить мне такое! — не сдерживаясь, воскликнула она. — Одно мое слово — и тебя сгноят в темнице либо мой супруг, вернувшись, отрубит тебе голову!

Зариатр мрачно осклабился:

— Перед тем как умереть, я поведаю Митридату о твоих встречах с Феаком, моя красавица. И еще кое о чем… О перехваченных письмах, например.

Роксана похолодела: проклятый Зариатр взял ее за горло.

Сама того не подозревая, она вручила ему сильнейшее оружие против себя! Митридату, конечно, не понравится, что она сует нос в его дела. И тем более — изменяла ему с Феаком! А тут еще похорошевшая Ниса и красавица Лаодика в любой момент могут сбросить ее с трона!

Опереться в такой ситуации Роксана могла, как это ни странно, только на Зариатра.

В отличие от прочих чиновников, Зариатр был человеком незнатным и даже презираемым многими вельможами за какие-то прошлые темные дела. Ниса и Лаодика, любая из них, став царицей, вряд ли потерпят Зариатра в своем ближайшем окружении. Значит, и Зариатр нуждается в Роксане, как и она в нем. Если с Зариатром поладить, в будущем он может пригодиться Роксане.