Виктор Поротников - Митридат

— Тебе этого не понять, — отрезал Митридат.

Антиоха не обиделась: ей нельзя было обижаться сейчас. И она спросила как ни в чем ни бывало:

— Ты навестил Лаодику, когда был в Вифинии? Или посещение Никомедии не входило в твои замыслы?

Дело в том, что их старшая сестра Лаодика, неожиданно овдовев, оставила сына Ариарата на троне Каппадокии, а сама вышла замуж за вифинского царя Никомеда.

Митридат рассказал Антиохе, как он несколько дней гостил у Лаодики, умолчав о том, что большую часть времени он все же проводил с царем Никомедом, столь же честолюбивым, как и Митридат. Два царя заключили тайный союз, поклявшись иметь общих друзей и врагов, а также наметив направления своих совместных походов.

Антиоха, много лет не видевшая Лаодику, с интересом расспрашивала о ней Митридата. Как она одевается? Не располнела ли? Сильно ли ее изменили годы? Любит ли она царя Никомеда?

Митридат терпеливо отвечал на вопросы Антиохи, то и дело стараясь перевести разговор на саму Антиоху, вернее, на то, что ее ожидает. Наконец это ему удалось.

— Да, я пригласил Лаодику и ее мужа как-нибудь посетить Синопу, и они ответили согласием. Однако, Антиоха, тебе не придет ся повидаться с Лаодикой, ибо дни твои сочтены. Антиоха взглянула на брата почти с неприязнью.

— Из-за того, что я провела ночь с Сузамитрой, ты намерен вынести мне смертный приговор. Это же глупо, Митридат! И совсем не красит тебя как царя!

— Ты забыла про Артаксара, — холодно напомнил Митридат.

— Ах да! — Антиоха нервно рассмеялась. — Я совсем забыла про это ничтожество, путавшееся под ногами, пока я не отравила его. Но я сделала это в целях самозащиты, поскольку Артаксар не раз угрожал мне расправой. У меня есть свидетели, Митридат.

В конце концов, это ты виноват, что все так произошло. Именно ты! И не надо усмехаться, Митридат, и смотреть на меня такими глазами. Ты исчез на два года, оставив меня «хранительницей очага», как ты выразился перед отъездом. Еще ты сказал, что Артаксар и Сузамитра останутся при мне верными советниками, а на деле вышло, что это я оказалась при них и неизвестно кем. А когда прошел слух о твоей смерти, эти двое и вовсе возгордились. Спроси евнухов и служанок, как они унижали меня, Стефана спроси. Ему-то ты веришь, надеюсь.

— Со Стефаном я уже разговаривал, и он поведал мне о том, как ты враждовала с Артаксаром и Сузамитрой, — сказал Митридат. — Еще Стефан рассказал мне, как ты просила его помочь тебе уничтожить Фраду. Предлагала щедрое вознаграждение, если Стефан отравит Сузамитру.

— Вот мерзавец! — Красивое лицо Антиохи исказилось от гнева. — Он наговаривает на меня! Этот похотливый осел замучил меня знаками внимания, об этом он тебе, конечно, не рассказывал. Гнусный негодяй и мерзавец!

— Наберись мужества, Антиоха, — повысил голос Митридат, — и выслушай мой приговор. Ты умрешь так же, как умер Артаксар, — от яда.

— Когда? — дрогнувшим голосом спросила Антиоха.

— Завтра.

— Можно мне напоследок увидеть сына?

— Можно. Тебя проводят к нему.

— Сузамитру ты тоже казнишь?

— Нет.

— Почему?

— Он мне еще нужен.

— А я, стало быть, уже не нужна, — горько усмехнулась Антиоха. — Я всегда подозревала, Митридат, что для тебя друг ценнее жены.

— Жена делит со мной ложе, друг — невзгоды и опасности, — сказал Митридат. — Женщину себе на ложе я всегда найду, а где мне взять другого Сузамитру?

— Но Сузамитра лег в постель с твоей женой!..

— Это ты затащила его туда, Антиоха. И не пытайся опорочить Сузамитру в моих глазах!

— Лучше подумай, дорогой супруг, как ты будешь смотреть в глаза своему сыну, который носит твое имя и который так похож на меня! — Вскинув голову, Антиоха бесстрашно взглянула на Митридата.

Митридат молчал.

— Мой сын отомстит за меня, запомни мои слова, Митридат, — зловещим голосом продолжила Антиоха. — Из небытия я шепну ему на ухо, когда ударить тебе в спину. И он нанесет удар, когда ты меньше всего будешь этого ожидать.

Возникла долгая пауза, в течение которой Митридат и Антиоха взирали друг на друга, словно два хищника.

Наконец Митридат скорбно произнес, отведя взгляд:

— Я всегда буду ждать этого удара…

Ночью Митридату не спалось. Его томили мрачные предчувствия. Слова Антиохи, сказанные напоследок, жгли ему душу. Ее лицо, то печальное, то осуждающее, возникало перед ним, едва он закрывал глаза.

Действительно, как Митридат станет смотреть в глаза сыну, осудив на смерть его мать?!