Вриндаванлал Варма - Мриганаяни

— Я буду сражаться, не щадя жизни, и отброшу Сикандара от Гвалиора! Тогда махараджа выполнит любую мою просьбу!

— А может, вам лучше остаться в крепости? Раджа выслал навстречу Сикандару раджкумара и почти всех военачальников. Боюсь, что одному ему не справиться, если Гвалиор будет осаждён.

— Махараджа говорит, что ему поможет молодая махарани.

— Махарани женщина. Что может она сделать?

— Я тоже так подумал, но сказать об этом радже не решился. Послушай, а могла бы ты встретиться со мной сегодня ночью, если я ещё буду в крепости?

— Я же сказала, что не позволю прикоснуться ко мне до тех пор, пока вы не получите Нарвар.

— А если раджа пожалует мне другой город?

— Постарайтесь обменять его на Нарвар.

— Но почему тебе так нравится Нарвар?

— Потому что именно вы спасли его от тюрок и ещё потому, что от Нарвара до Чандери — моей родины — рукой подать.

— Если бы ты знала, как не хочется мне покидать крепость! С какой радостью остался бы я здесь, чтобы день и ночь быть рядом с тобой!

— Но это станет возможным лишь после свадьбы.

— Я не могу на тебе жениться: мы из разных каст.

— Но ачарья Виджая Джангам говорит совсем другое, и я согласна с ним. А вы? Неужели нет? Даже раджа считает, что Виджая прав!

— Я тоже так считаю!

— В таком случае постарайтесь остаться в крепости, где вы так нужны! Тогда время от времени мы будем видеться.

— Но как это сделать? Может, ты поговоришь с новой махарани?

— Боюсь, это вызовет у неё подозрения.

— Хорошо, я сам поговорю с махараджей.

Однако Ман Сингх не собирался менять разработанный им план действий, и Нихал Сингху пришлось покинуть Гвалиор.

Кала подолгу стала бывать у Суманмохини, — научилась у неё чему-нибудь старшая рани или нет, оставалось пока в тайне.

— Любит тебя рани-гуджарка? — как-то раз спросила Суманмохини.

— Ко мне все милостивы, но особую милость оказываете мне вы! — осторожно ответила Кала, зная, что старшая рани терпеть не может Мриганаяни.

— Скажи, она так же сильно любит тебя, как и Лакхи, которую все зовут теперь Лакхарани? — поинтересовалась старшая рани, в упор глядя на девушку.

— Так сильно, как Лакхарани, гуджарская рани никого не любит! — без тени лукавства ответила Кала.

— А ты любишь меня?

— О махарани, я почитаю вас! Разве могут уста простой служанки произносить слова любви?

— Я хочу, чтобы ты стала моей подругой. Не бойся: Мриганаяни не узнает об этом.

— До самой смерти не забуду я вашей доброты!

— А что ты получишь за те картины, на которых изображена чуть ли не вся крепость?

— Ничего, махарани, ничего! Ведь я рисовала их для себя, и всё больше храмы.

— А писала её портрет? Мриганаяни?

— Писала и не раз! И ещё сделала несколько портретов раджи.

— А обо мне почему забыла?

— Я часто думала о вас, но боялась, что вы не позволите себя рисовать.

— Почему же? Рисуй, я буду рада!

— О, я напишу с вас много портретов!

— А что ещё ты можешь делать? Или ты способна только рисовать, петь и играть?

Кала внимательно взглянула на старшую рани.

Та загадочно улыбнулась в ответ.

— Скажи, выполнишь мою просьбу?

— Выполню!

— Поклянись Гангой, что не выдашь меня!

Кала, не задумываясь, поклялась, потому что ей ничего не стоило нарушить любую клятву, кроме клятвы, данной Радж Сингху.

— Дело опасное! Справишься — награжу!

— Непременно выполню!

— Я дам тебе порошок. Всыпь его Мриганаяни в еду или питьё и ни о чём не беспокойся: она не умрёт, но никогда не сможет иметь детей.

— Хорошо! — ответила Кала и, взяв порошок, ушла.

«Едва ли это средство против зачатия, — решила девушка. — Скорее всего Суманмохини решила отравить Мриганаяни. Но её смерть не принесёт мне никакой пользы. Если же тайна раскроется, меня лишат жизни. Не лучше ли подсыпать яд Ман Сингху? Обещала же я Радж Сингху сделать для него всё, что в моих силах… Но стоит ли рисковать? Ведь я даже не знаю точно, яд это или нет. Я и так много сделала. Зарисовки крепости могут сослужить Радж Сингху неплохую службу… Рано или поздно он нападёт на Гвалиор. А мне оставаться здесь бессмысленно. Но, может, это действительно яд?.. Не раз я пыталась отравить Ман Сингха, и всё безуспешно. Надо, пожалуй, собрать картины и уехать поскорей, пока Гвалиор не осаждён. Ман Сингха всё равно убьют… Как жаль, что Нихал Сингх не остался в крепости! Мне наверняка удалось бы перессорить их между собой. А теперь даже неизвестно, вернётся ли он!»