Уинстон Грэхем - Танец мельника

— Дальше что-то есть? — спросила она.

— Да. Вон там. Я собирался войти, но потом решил, что лучше сначала рассказать капитану Полдарку.

— Давай пойдем туда. Показывай дорогу.

— Нет, Клоуэнс, думаю, тебе дальше идти не стоит. Завтра...

— Завтра все сюда придут. Идем.

— Но...

— Если ты не пойдешь, тогда я одна.

Бен со вздохом повел ее вниз по тоннелю. Время от времени им приходилось сгибаться почти пополам, чтобы уклониться от выступов неровного потолка. Появились многочисленные разветвления и гезенки, но их нетрудно было отличить от основного тоннеля, спускающегося примерно на дюйм за ярд. Они пришли в другую большую пещеру.

— Смотри! — сказал Бен. — Они раскалывали породу огнем, как я вижу! Тогда еще не было пороха!

— Что это? О чем ты говоришь?

У одной стены пещеры лежала груда камней — скорее, мелко расколотый кварц, почти песок.

— В древние времена, — объяснил Бен, — у камня разводили огонь из хвороста и поленьев, а когда камень как следует накалялся, его заливали водой. Из-за нагрева камень расширялся, а от охлаждения водой сжимался, и в слабых местах образовывались трещины, так породу можно было отколоть с помощью кирки и клина. Это была тяжелая работа, а костер под землей, наверное, жутко дымил, но другого пути у них не было. Здесь виден пепел и места, где получились трещины.

— То есть это было еще до изобретения пороха? — спросила Клоуэнс. — А когда его изобрели?

— Хотел бы я знать. Сотни лет назад, наверное.

— Но есть ли здесь медь, Бен? Или другие металлы? Ты видишь какие-нибудь признаки?

— А как же. Они неплохо тут потрудились. Хотя я вижу покуда только олово. Видишь эти выемки, они называются забой.

— Я тебя не понимаю.

— Место в два с половиной фута размером, где шахтер откалывал кусок породы, не задевая нерудный пласт, как его называют. Ну вот, это место называют забой, а значит жила была по меньшей мере два с половиной фута в ширину. Вон там, там и там. Видишь?

— Но осталось ли что-нибудь?

— Пока не могу сказать. Нужно поднять наверх образцы, чтобы знать наверняка. Но нам предстоит исследовать целую шахту, это уж точно.

— Давай пройдем еще чуть дальше.

— Воздух здесь совсем спертый. Чем дальше мы идем...

— Не так уж он плох. Не хуже, чем на уровне в пятьдесят саженей, который вы только что открыли.

Бен заколебался, но потом подчинился. На самом деле он был взбудоражен не меньше Клоуэнс. Следующий участок тоннеля был сильнее изрезан, во всех направлениях отходили штреки и гезенки. Шахта стала похожей на соты. Время от времени Бен откалывал камень, чтобы блеск свежеотколотой породы указал им путь назад. Температура и влажность повысились, но и порода стала более многообещающей, на стенках появился зеленоватый оттенок, и Бен сказал, что это наверняка сульфат железа. Они снова наклонились.

— Тут точно порода получше. Похоже, мы нашли то место, где они закончили работы. — Он посмотрел на низкий, неровный потолок, откуда капала бурая вода. — Мы прошли достаточно, Клоуэнс. Крепь совсем прогнила.

— Если она простояла столетия, то вряд ли рухнет прямо сейчас. Давай заглянем за угол.

Но за углом начинался резкий уклон вниз, ступени выглядели сырыми и скользкими.

— Хватит, Клоуэнс. Без веревки я и сам бы не пошел, это точно.

Клоуэнс остановилась и всмотрелась вниз. Она находилась в своей стихии.

— Точно? Ты это не специально для меня?

— Точно. Там внизу вода.

Огонек от свечи Клоуэнс задрожал, когда она нагнулась, чтобы подобрать камень из кучи мусора. Потом она бросила его вниз. Камень пару раз стукнулся, а затем раздался всплеск.

— Вся вода из шахты стекает сюда, — сказал Бен.

— Да...

Клоуэнс по-прежнему всматривалась вниз, в невидимую воду, а потом посмотрела на кучу мусора, которую только что потревожила. Она опустилась на корточки и прощупала ее.

— Что такое? — спросил Бен.

Клоуэнс встала.

— Вот. Это не камень, Бен.

Он уставился на круглый бурый предмет в ее руке, размером с полпенни. Бен взял его из протянутой ладони и осмотрел.

— Какая-то монета, похоже.

— Какая-то монета, — подтвердила Клоуэнс.

Склонив головы, они рассматривали монету при свете двух свечей.

— Полпенни? Пенни? Ни то и ни другое. Здесь профиль. Но чей? Вот загадка.

— А что за металл?

— Медь или бронза. — Бен поцарапал монету ногтем. — Скорее бронза, как по мне.

— А что такое бронза, Бен? Я никогда толком не знала.

— Сплав меди и олова, вроде так.