Станислав Жидков - Дольчино

Симоне Колоббьяно докладывал обстановку.

— Кладка стен подходит к концу. Задерживает лишь горный участок: еретики держат его под обстрелом. Крестьяне отказываются там работать — пришлось кое-кого повесить. Ночью охрана схватила ещё троих подёнщиков из Варалло. Хотели перебежать к патаренам. С утра ими занимается старший инквизитор.

Рыцарь кивнул в сторону стоявшей неподалёку палатки, откуда слышались сдавленные крики.

— Скажи отцу Эмануэле, пусть повременит. Не даёт сосредоточиться, — сердито повернулся епископ к дежурившему у входа доминиканцу. — А ты продолжай. Удалось выяснить, на сколько хватит отступникам припасов?

— У них много хлеба и есть корм для скота. Думаю, с месяц продержатся.

— Но где они берут воду? Кажется, на вершине горы нет колодцев?

— В этом Дольчино помогает небо, — усмехнулся Симоне Колоббьяно. — Во время дождей они растягивают палатки и наполняют водой опустевшие бочки.

— Будем ждать, пока не подохнут с голоду. — Райнерий поправил нагрудный крест и откинулся на спинку кресла.

В шатёр вошёл человек в длинной чёрной тоге и квадратной шапочке нотариуса. К его поясу был пристёгнут кожаный чернильный прибор с пучком гусиных перьев. Под мышкой он держал свёрнутый лист пергамента.

— А вот и Джованни Монта. Входи, входи! Принял клятву?

— Всё сделал, ваше преосвященство. Документ оформлен по правилам. Разрешите огласить?

Епископ махнул рукой. Нотариус не спеша развернул свиток и сощурил подслеповатые глаза.

— «Статут лиги против еретиков! — громко начал он. — Именем Господа, да будет так! Год от рождества Христова 1305, августа 24, день святого Варфоломея, в церкви Скопа. Изгнанные из долины Нижней Сезии еретики каццары [42] Кацца́ры (от искажённого «каттары») — так католики презрительно называли сторонников Дольчнно, чтобы не употреблять слова «апостолы». захватили Вальгранде и укрепились на горах Расса. Весь край наполнился резнёй, пожарами, святотатством. В день восшествия на папский престол святой отец Климент V объявил крестовый поход против Дольчино и его приспешников. Знатные семьи и граждане Вальсезии, объединившись в священную лигу, единодушно решили, не жалея своей крови, преследовать с оружием в руках ненавистных опустошителей. С сего дня каждый должен принять участие в осаде и войне. На божьем евангелии дали клятву истребить злобных врагов веры благородные сеньоры: братья Висконте — за долину Расса, Марко Семпролано — за долину Сорба, Мартино Прогемелле — за долину Риза, Аццо и Джакомо — за район Артонья…»

Райнерий нетерпеливо постучал ногой, давая чтецу знать, что перечислять имена не обязательно.

— «… Клятва дана перед распятием, после того как каждый дотронулся до евангелия и призвал в свидетели святых, в их числе наших покровителей: святого Варфоломея и святого Гауденцио. Я, Джованни Монта, общественный нотариус, составил этот документ и принял клятву от вышеназванных».

— Хвала господу! — осеняя себя крёстным знамением, епископ поднялся с места.

— Пусть бумага хранится в моей канцелярии. Я сам позабочусь, чтобы о клятве не забывали.

— Снова промахнулась! Больше чем на три локтя. Слишком резко жмёшь на крючок. — Паоло взял из рук Анжелы арбалет и вложил стрелу. — Главное, не спеши, когда подводишь под цель.

Он медленно поднял ложе и плавно нажал рычаг арбалета. Стрела с лёгким стуком вонзилась в центр круга.

— Я никогда не смогу так! — в отчаянии воскликнула Анжела. — Целый месяц стараюсь, и всё напрасно! Даже Энрико попадает в щит.

— Не унывай, и у тебя получится. Научилась же читать по библии.

— Я знаю её почти наизусть. Заниматься по ней уже неинтересно. Если бы у нас были другие книги!

— Дай срок, уйдут солдаты — достанем и другие. — Паоло повернулся к обрыву и поглядел на раскинувшийся внизу огромный вражеский лагерь.

— Думаешь, скоро снимут осаду?

— Не станут же они торчать здесь до зимы. Долго содержать такую армию у папы денег не хватит.

— Смотри! Смотри, журавли летят. Какой большой косяк. Кричат, даже здесь слышно.

— Видно, близятся холода.

— Лес пожелтел, а вот папоротник совсем зелёный. Интересно, как он сюда забрался?

Девушка потрогала выросший в расщелине скалы тонкий лист.

— Солнце греет по-летнему. Не верится, что пришла осень.