Владислав Кардашов - Рокоссовский

По сравнению с 5-й Кубанской кавбригадой дивизия была большим и сложным организмом. В составе каждого из ее четырех полков (37, 38, 39 и 40-го) имелось шесть эскадронов, пулеметный эскадрон (16 пулеметов на тачанках), полковая батарея, взводы связи, саперный, химический и полковая школа по подготовке младшего комсостава. Общая численность дивизии достигала 7 тысяч человек.

Дислоцировалась дивизия в Минске и его окрестностях. В то время государственная граница с Польшей проходила наподалеку от Минска, и дивизия всегда должна была находиться в полной боевой готовности, так как взаимоотношения Советского государства с панской Польшей в тот период оставляли желать лучшего. Впрочем, за годы службы на Дальнем Востоке Рокоссовский и сам привык к тому, что ежеминутно можно было ожидать боевой тревоги, и научился поддерживать состояние постоянной боевой готовности в подчиненных ему частях.

С головой окунулся Рокоссовский в новую работу, стараясь поддержать славу дивизии. В этом он преуспел. Полевые учения и участие в окружных маневрах, проводившиеся ежегодно в Белорусском военном округе, неизменно проходили для полков дивизии с успехом. Поддерживать традиции дивизии Рокоссовскому помогали его подчиненные – командиры полков. Один из них, Г. К. Жуков, командовавший сначала 39-м кавполком, а затем 2-й бригадой дивизии, писал 35 лет спустя: «Рокоссовский был очень хорошим начальником. Блестяще знал военное дело, четко ставил задачи, умно и тактично проверял исполнение своих приказов. К подчиненным проявлял постоянное внимание и, пожалуй, как никто другой умел оценить и развить инициативу подчиненных ему командиров. Много давал другим и умел вместе с тем учиться у них. Я уже не говорю о его редких душевных качествах – они известны всем, кто хоть немного служил под его командованием».

7-й кавдивизией Рокоссовский командовал сравнительно недолго. Служебный долг вновь звал его на Дальний Восток. Там, в Маньчжурии, завязывался первый узел будущей мировой войны, разгорался пожар, который спустя несколько лет вновь охватил весь мир.

Без объявления войны в 1931 году Япония вторглась в Маньчжурию и начала ее оккупацию. Руководящие японские правительственные и военные круги открыто заявляли о своих планах захвата советского Дальнего Востока, и Северный Китай должен был служить им в качестве плацдарма для нападения на СССР. Советское правительство было вынуждено срочно укреплять свои восточные границы. Туда, в Забайкалье и Приморье, направлялись новые части и соединения, а расположенные ранее там переформировывались и пополнялись.

Переформировать 5-ю отдельную Кубанскую бригаду в дивизию было поручено Рокоссовскому. 22 февраля 1932 года он снова вступил в командование кубанцами. Обстановка в Маньчжурии была тревожной, там шла борьба между японскими и китайскими войсками. Поэтому формирование и сколачивание частей было проведено в кратчайшие сроки, и с середины марта 1932 года в Забайкальской группе войск числится 15-я кавалерийская дивизия в составе 64, 73, 74 и 75-го кавполков, 15-го конно-артиллерийского полка и 15-го отдельного механизированного дивизиона (в сентябре этого же года дивизион был развернут в 15-й механизированный полк).

Размещался штаб дивизии все в том же самом военном городке. Начальником его гарнизона был назначен Рокоссовский. Главной заботой, постоянным центром его работы, разумеется, и в эти годы была боевая подготовка вверенных ему бойцов и командиров. Материалы архивов дают наглядное представление, с каким вниманием и строгостью относился к этой стороне дела Рокоссовский и в мирное время. В приказе от 1 июня 1933 года он отмечает крупные недочеты, обнаруженные в стрелковой подготовке 73-го полка, и пишет об их причинах: «В основном низкая стрелковая подготовка этого полка объясняется общей расхлябанностью всего состава полка, неумением организовать стрельбы, отсутствием внешнего воинского вида, невысокой дисциплинированностью и попытками большинства начсостава свои неудачи объяснять различными объективными причинами». И как следствие всего этого командир дивизии приказал: «За допущенную расхлябанность, неорганизованность и слабую подтянутость полка, а также за слабое знание начсоставом полка основных уставов, командиру-комиссару полка и помполиту, допустившим такое положение, объявляю выговор».

Поскольку дивизия Рокоссовского была кавалерийской, командир ее особо следил за конной подготовкой бойцов, требовал, чтобы подчиненные ему командиры любили и знали конное дело, и был очень отрог с теми, -кто пренебрегал этой стороной подготовки кавалеристов. Характерен в этом отношении его приказ от 10 мая 1934 года о результатах поверки боевой подготовки полковой школы 73-го кавполка, в котором звучит неприкрытая насмешка над незадачливыми кавалеристами: «Управление конем не отработано, курсанты овладели лишь одним из способов управления – это поводом, причем управление производится чрезвычайно грубо, основной вид управления – шенкель – совершенно не отработан... Получается весьма оригинальная для конницы картина, когда не всадник управляет конем, а конь всадником. Как следствие этого лошади на препятствие не идут, обносят препятствие или останавливаются перед таковым, и всадник не в силах заставить коня преодолеть препятствие...»