Владислав Кардашов - Рокоссовский

Первоначально контрнаступление предполагалось начать 9—10 ноября, но срок пришлось перенести на 19– 20 ноября, хотя обстановка и заставляла спешить с нанесением удара. Изменение срока было вызвано главным образом трудностями подвоза в районы сосредоточения войск боеприпасов и горючего.

Советский народ прилагал невероятные усилия, чтобы обеспечить в решающие дни свои Вооруженные Силы всем, что было им необходимо. По бесконечным дорогам тянулись в войска трех фронтов колонны танков, артиллерии, машины с боеприпасами, горючим. А дороги были плохие. Наступала осень, шли дожди, тракторы и автомашины двигались по грязи медленно, часто выходили из строя. К примеру, переброска артиллерийского полка резерва Верховного Главнокомандования всего лишь на 150 километров заняла шесть суток.

Многие артиллерийские полки в Красной Армии тогда • еще были на конной тяге. Лошади в связи с серьезными трудностями, которые переживало наше сельское хозяйство, иногда по целым неделям не получали овса. С тяжелым сердцем подчас наблюдал Рокоссовский, как на дорогах к фронту по непролазной осенней грязи, выбиваясь из сил, тащили пушки и гаубицы некогда могучие артиллерийские кони, а рядом с ними, впрягшись в лямки по-бурлацки, метр за метром тянули вперед свои орудия русские солдаты-артиллеристы.

И все же к началу наступления фронт имел и вооружение и боеприпасы. Для того чтобы представить, какое количество боеприпасов следовало подвезти в войска, достаточно сказать, что одних снарядов Донской фронт перед началом контрнаступления имел 3 миллиона штук. Всего на трех фронтах было сосредоточено не менее 8 миллионов снарядов и мин. Поучительно вспомнить, что перед началом первой мировой войны вся русская армия располагала немногим более 7 миллионов снарядов всех калибров. А войскам, переходившим в наступление, были нужны не только боеприпасы, не менее необходимо им было продовольствие, горючее!

Но, конечно, основное внимание перед наступлением командующий обращал на подготовку людей. Ведь именно им предстояло, пользуясь мощной техникой, разгромить прорвавшегося так глубоко в пределы нашей страны врага. Одну за другой объехал Рокоссовский все три армии фронта, повсюду проверял готовность войск.

Разумеется, что правофланговая 65-я армия, которой предстояло наступать с Клетского плацдарма, инспектировалась им особенно тщательно. Прибыв на КП Батова, комфронта сказал ему:

– Я хочу посмотреть состояние ваших войск на плацдарме. Это важнейший участок.

Переправу через Дон пришлось совершить в сумерках, днем немецкая артиллерия не давала возможности сделать это. Плацдарм простреливался ею весь насквозь. С положением дел Рокоссовский ознакомился детально. Два часа он провел на переднем крае, в полку подполковника К. П. Чеботаева. Вместе с командармом он прошел по окопам. Заметив, как светлеют лица солдат при виде их полкового командира, Рокоссовский, наклонившись к Батову, тихо сказал:

– Командира здесь любят!

– Да, ветераны зовут себя чеботаевцами, – ответил Батов.

– Не может быть большей награды командиру, – как бы в раздумье сказал Рокоссовский и обратился к бойцам, находившимся в траншее: – Надоела, товарищи, окопная жизнь?

Отозвались сразу несколько красноармейцев:

– Надоела!

Началась беседа. Бойцов интересовало происходящее в Сталинграде. Рокоссовский отвечал, что солдаты Чуйкова сражаются как герои, но положение их тяжелое Пожилой старший сержант, до этого молчавший, вступил в разговор.

– Разрешите спросить, товарищ командующий?

– Разрешаю!

– А что, если фрицев там прихлопнуть?

– То есть как?

– Ударить им наперерез с тыла. А чуйковцы навстречу... Как мышь в мышеловке...

Рокоссовский рассмеялся:

– Быть вам, старший сержант, маршалом! – Визг приближавшейся мины прервал разговор. Все смолкли, но на слух тут же определили, что она даст перелет, и Рокоссовский спокойно продолжал беседу: – Нам, товарищи, надо готовиться...

Вторая мина летела прямо на них.

– Ложись! – скомандовал Рокоссовский и присел на дно траншеи. Вслед за этим мина разорвалась неподалеку, комья земли полетели сверху. Отряхиваясь, Рокоссовский ухмыльнулся: – Видите, фрицы тоже так считают.

Большие бои, о которых Рокоссовский говорил бойцам, были не за горами. К началу наступления советскому командованию удалось скрытно от противника сконцентрировать под Сталинградом значительные силы. Не следует, однако, считать, что превосходство советских войск в силах и средствах было подавляющим, как утверждают многие западноевропейские историки войны. В 1965 году, спустя 23 года после описываемых событий, в Москве под редакцией Рокоссовского вышла книга «Великая победа на Волге», в которой помещена следующая таблица: