Жюстин Пикарди - Дафна

Теперь-то я раздумываю, не было ли беспечностью с моей стороны настолько раскрывать свои карты, но тогда мне хотелось, чтобы Рейчел узнала все: она была таким сочувствующим слушателем, что это меня обнадеживало.

— Удивительно интригующая история, — сказала она, когда я замолчала. И слегка тронула мою руку, протянувшись через стол.

И тут мои глаза наполнились слезами — наверно, потому, что давно уже никто не был так ласков со мной. В тех редких случаях, когда Пол касается меня, возникает ощущение, что это происходит случайно, и он тут же отстраняется, словно хочет сохранить между нами дистанцию.

— Что-то не так? — спросила Рейчел, вновь беря меня за руку, но я ничего не могла ей ответить, только покачала головой. — Послушайте, может быть, это покажется вам странным, но я не таю на вас злобу, уж поверьте. Ведь я сама ушла от Пола. Вы не причинили мне никакого вреда и ни в чем передо мной не виноваты.

— Не в этом дело, — сказала я, ощутив комок в горле и стараясь подавить рыдания; это было ужасно, я не знала, откуда они берутся и как мне скрыть их, не могла позволить себе вконец разреветься на глазах у Рейчел, поэтому пыталась овладеть собой и молчала, сдерживая подступившие слезы.

Рейчел вопрошающе посмотрела на меня, а потом встала и подошла ко мне, обогнув стол.

— Давайте пойдем и отыщем эти книги, — сказала она, обняв меня, и я ощутила теплоту ее загорелой кожи, открывшейся из-под белой футболки.

Мне захотелось прижаться головой к ее плечу и молча замереть, но я сумела взять себя в руки, и мы пошли наверх, в гостиную, где стоят рядами книжные полки; Рейчел шла впереди, я — за ней.

— Вот здесь, — сказала она, указывая на одну из верхних полок справа от камина.

Потом взяла деревянный стул, который раскладывался, так что из него получалась стремянка, — я никогда не использовала его подобным образом. Старалась не смотреть, как Рейчел взбирается по ступенькам, хотя она высилась надо мной на лестнице, представляя собой довольно-таки впечатляющее зрелище. Я устремила взор на полку: передний ряд книг она сдвинула, так что за ним открылся еще один — я о нем даже не знала.

Рейчел передала мне сверху книгу, сказав:

— «Избранные стихотворения Эмили Бронте» со всеми моими каракулями внутри.

Я открыла ее: страницы были испещрены рукописными пометками Рейчел — не только на полях, но и между строк.

— Это напоминает мне ту сцену из «Грозового перевала», когда Локвуд находит старую книгу Кэти в отведенной для него спальне…

— …И книга заполнена ее пометками, — закончила Рейчел мою фразу, что при других обстоятельствах могло вызвать раздражение, но я была ей благодарна: казалось, она понимает меня. — А это как бы предвещает ее появление ночью в виде призрака, словно чтение написанного ею на полях книги непреднамеренно вызывает ее дух. Может быть, это означает, что и я призрак в этом доме?

Я не ответила, и Рейчел заговорила опять:

— Конечно, некоторые утверждают, что это в действительности не призрак Кэти, а греза Локвуда, то есть ее появление объясняется психологическими причинами, в нем нет ничего сверхъестественного.

Я понимала, что, говоря это, она думала о Поле: мне уже приходилось спорить с ним по этому поводу. Меня злило, что он отрицал сверхъестественное в «Грозовом перевале». «Все это не более чем твои выдумки», — говорил он.

— Вам нужны еще какие-нибудь книги? — спросила я Рейчел, возвращая ей томик стихов, хотя мне страстно хотелось прочитать ее комментарии, особенно по поводу «Вопросов к самой себе» — страница с этим стихотворением Эмили была самой потрепанной.

— Именно эта книга мне нужна больше всего, — сказала Рейчел, — но тут есть еще несколько. Не возражаете, если я их поищу?

Понимая и без лишних намеков, что она хочет остаться одна в комнате, я вышла: было бы невежливо вертеться здесь, словно я ей не доверяю. А почему я должна доверять ей? Такой вопрос возникал сам собой, но мне не просто хотелось, мне очень нужно было верить ей: я чувствовала, что для меня это чрезвычайно важно, словно, доверяя ей, я обретала компас на будущее, в котором так нуждалась…

Я спустилась обратно в кухню, а через двадцать минут Рейчел присоединилась ко мне. В руках она держала небольшую стопку книг.

— Все отсутствующие у меня книги Бронте, — сказала она улыбаясь, — Пол их не слишком любит. Уверена: он не станет возражать, что я их забираю.

— Где вы будете читать лекцию? — спросила я, испытывая неловкость из-за того, что она упомянула имя Пола, хотя оно никуда не исчезало, все время висело в воздухе между нами. — Мне хотелось бы послушать ее…