П. Бунин - Іезуиты

«Пусть другие религиозные братства, — пишет Лойола, — превосходят нас постом и молитвой, строгостью одежды и пищи; наши братья должны блистать истинным безусловным послушанием, отречением от всякой воли и собственного суждения». Но было бы неправильно думать, что устав ордена требует только простой исполнительности. Идеальный последователь Лойолы должен не только отожествляться с желанием своего начальника: он должен отожествляться с его мыслями и считать истинным и справедливым все, что начальник думает и приказывает. «Если ты откажешься подчинить твой разум и волю, — говорит Альфонс Родригес, — то твое послушание не имеет значения жертвы; оно далеко от совершенства, потому что ты не хочешь принести Богу в жертву самую благородную часть твоего существа — разум».

Так создается та крепкая дисциплина, которая отличает орден иезуитов.

Во главе ордена стоит генерал. Ему принадлежит громадная власть. Эта власть пожизненна. Он управляет всем орденом иезуитов, и все ему обязаны повиноваться. От него зависит принять в орден кого-либо или исключить из него. Он по своему усмотрению сменяет должностных лиц. На смертном одре он назначает викария, который управляет делами общества до избрания нового. Все местные власти ордена обязаны ему давать возможно чаще отчеты и во всяком случае извещать его о всем важном, что происходит в данном округе. Таким образом генерал всегда в курсе всех дел и обо всем осведомлен. От генерала требуются самые высокие качества. Он должен быть набожен, добродетелен, проникнуться смирением и человеколюбием, должен вести вполне безупречную жизнь и побороть в себе великие страсти. Таков идеал. Действительность, конечно, никогда не отвечала этому идеалу.

По уставу ордена генерал должен жить постоянно в Риме. Около него всегда находятся его «ассистенты». Их четверо, они назначаются из представителей различных наций и составляют тайный совет генерала. Этот же совет собирает конгрегацию ордена после смерти генерала для выбора нового. Ему же предоставлено право смещать самого генерала. Это право, однако, ограничено определенными случаями, указанными в уставе. Кроме «ассистентов», около генерала находится еще «монитор», который обязан постоянно наблюдать за генералом и предупреждать его от ошибок.

Новые члены принимались в орден только лишь после строгого искуса. Принимаемого подвергали строгому допросу о его жизни, подробно знакомились с чертами его характера, способностями и дарованиями.

Ценились иезуитами в особенности физическая красота и дар красноречия. Принимались в орден, начиная с 14 лет. Впрочем, генералу было предоставлено право принимать и более молодых лиц.

Новые члены могли по своему усмотрению быть или светскими или духовными членами ордена. Лица, желающие быть духовными членами ордена, становятся сначала послушниками. Они должны совершенно отрешиться от прошлого, забыть родных и близких. Искус продолжается несколько лет.

Те, кто посвящает себя светской деятельности — назначается на светские должности. Они произносят три обета: послушания, бедности, и целомудрия. Лица, посвятившие себя духовной деятельности, кроме трех обетов, произносят четвертый — жить по уставу ордена.

Ядро общества составляют исповедники, произнесшие четыре обета. Четвертый обет представляет безусловное слепое повиновение папе. Число исповедников четырех обетов немного, приблизительно два на сто иезуитов. Когда умер Лойола, таких исповедников было только 35 человек. Это люди, уже достигшие зрелого возраста, не менее 45 лет. Прежде чем дать четвертый обет, они должны пройти строгий искус и заявить себя преданными убежденными деятелями ордена.

Исповедники четырех обетов живут обыкновенно в особых домах. Им предписывается безусловная бедность и нестяжательность. Но понятие бедности в устах иезуитов понятие относительное. По учению Лойолы, человек должен превратиться в статую, которую можно свободно раздевать и одевать и которой безразлично — одета она или нет. Иезуит четырех обетов не должен иметь привязанности к вещам, но если нужно, он может быть хорошо и изысканно одет. Такое понимание бедности открывало широкий простор к злоупотреблениям.

Наряду с безусловным послушанием, характерной чертой ордена является шпионство, возведенное в систему. На каждого члена общества возложена безусловная обязанность доносить о всем, что он заметит относительно своих товарищей. Члены ордена были поставлены в условия, при которых они не могли не доносить. Если один из иезуитов, зная проступок другого, скроет его и не донесет начальству, то все равно тот, на которого он не донес, донесет на него и обвинит именно в том, что он укрывает проступки товарищей. В результате, нет ни одного иезуита, на которого бы не было доносов с обвинением его в самых ужасных деяниях. «Если бы кто-нибудь порылся в римских архивах, — говорит иезуит Марианна, — то вынес бы заключение, что нет ни одного честного иезуита, по крайней мере, между живущими далеко от Рима и не известными генералу лично: все запятнаны доносами».