Геннадий Левицкий - Марк Красс

Огромные потери, нанесенные римлянам не врагом, а неведомым божеством, скрывающимся в морских глубинах, привели к тому, что сенат принял решение никогда не снаряжать впредь большое количество кораблей, а содержать лишь несколько транспортных судов для перевозки грузов на Сицилию. Но римское упрямство и воля к победе вскоре одержали верх. Постановления сената были забыты, и новые эскадры боролись со стихией и побеждали противников на море.

Катастрофа флота Красса у берегов Греции не шла в сравнение с трагедиями римлян во времена Первой Пунической войны, и все же военачальнику стоило немалого труда уговорить свое войско продолжать путешествие. Срочно выплаченное двойное жалование помогло преодолеть многовековую неприязнь римлян к морской стихии.

Как только море успокоилось, легионеры вновь заняли места на судах, но плыть в далекую Сирию они наотрез отказались. Конечной целью морского путешествия был избран ближайший малоазийский берег, а до провинции Красса было решено добираться более привычным римлянам сухопутным путем.

Эгейское море, по которому сейчас плыли корабли, было буквально усеяно островами. Почти постоянно видя перед собой землю, воины Красса чувствовали себя гораздо спокойнее. Острова мешали шторму разыграться, сдерживая напор волн и уменьшая силу ветра, но опасность подстерегала с другой стороны. Малейшая ошибка лоцмана, порыв ветра — и корабль оказывался на мели.

Две триеры Красса выбросило на остров, облюбованный пиратами для зимовки. Морские разбойники, зная мстительность Красса, не решились воспользоваться добычей, которая сама приплыла в руки. С помощью своих быстроходных кораблей они сняли с мели беспомощные римские триеры и даже подарили путешественникам в дорогу несколько бочек вина.

Вконец измученные морским переездом легионеры Красса получили двое суток отдыха на малоазийском берегу. Немного, но римляне и не требовали больше. Едва они почувствовали под ногами твердую землю, к ним вернулись их обычная жизнестойкость, уверенность в собственной непобедимости и желание помериться силами с любым врагом.

Довольно быстро Марк Красс достиг Галатии — постоянного союзника Рима в борьбе с Арменией и воинственным Митридатом VI. Царя Дейотара — человека весьма преклонных лет — консул не нашел во дворце. Властитель Галатии был занят основанием нового города.

Красс, пришедший разрушать и уничтожать, с презрением отнесся к созидательному труду.

— Дейотар! В двенадцатом часу начинаешь ты строить, — пошутил Красс, намекая на возраст собеседника.

— Да и ты не слишком рано идешь на парфян, — рассмеялся в ответ властитель галатов.

Дейотар дал Крассу продовольствие и лошадей, но отверг требование предоставить воинов для его легионов.

— Марк Лициний, победишь ты парфян или нет, в любом случае ты уйдешь в далекий Рим, а мне оставаться в Галатии. Не хотелось бы портить отношения с соседями.

Красс не стал настаивать. Он не считал галатов хорошими воинами, но римлянину не понравился ответ царя. Нахмурив брови, он сказал:

— Дейотар, кроме легионеров война требует денег. Галатия, я думаю, в состоянии дать пятьсот талантов. И поспеши, царь, доставить эту сумму в лагерь, если и дальше хочешь оставаться другом римского народа.

Тем временем окончился срок консульства Красса, и он мог на законных основаниях вступить во владение Сирийской провинцией в качестве проконсула. Там его дожидался сын Публий, прибывший от Цезаря вместе с тысячей воинственных всадников-кельтов. В Сирии Красс должен был принять у бывшего наместника Габиния два легиона опытных воинов.

Легионеры Габиния были привычны к войне в песках и к страшной жаре. Они участвовали в подавлении восстания иудеев; в Египте помогали водворять на трон угодного Риму царя; активно вмешивались в междоусобную борьбу парфян и даже переходили могучий Евфрат.

Как все и ожидали, Марк Красс повернул на юг и вышел на дорогу, ведущую в его долгожданную провинцию. Без особых трудностей новый наместник достиг границ Сирии, и тут он решился на шаг, удививший всех — и друзей, и врагов.

Он не стал спешить на встречу с сыном, которого не видел несколько лет; не пошел на соединение с двумя легионами Габиния; не дал ни единого дня отдыха своему войску, уставшему за время перехода от Галатии до Сирии. Стремительным маршем Красс вывел свои легионы к Евфрату и перешел реку по наспех починенному мосту.