Томас Рид - Белая перчатка

На первый вопрос ответ можно было бы получить, прочитав надпись на пакете, но ее закрывала мозолистая ладонь Грегори.

Чтобы разгадать эту загадку, необходимо было разбудить спящего, что Голтспер и решил сделать, не откладывая.

– Грегори Гарт! – крикнул он громко, наклонившись к самому его уху. Стой, ни с места! Отдавай кошелек, Грегори Гарт!

Этот знакомый окрик возымел неожиданное действие. Вскочив со скамьи и чуть не налетев на очаг, Грегори Гарт выпрямился во весь рост и машинально повторил:

– Стой, ни с места! Отдавай кошелек! – И дальше он уже продолжал по привычке, все еще не придя в себя: – Кошелек или жизнь! Смирно, друзья! Господа не будут сопротивляться... это хорошие люди!..

– Xa-xa-xa! – покатился со смеху Голтспер и, схватив за плечи своего бывшего слугу, силком усадил его на скамью. – Успокойся, Грегори, а то ты перепугаешь всех крыс!

– Ох, Господи! Мастер Генри, это вы! Мне, должно быть, что-то приснилось, никак в себя не приду! Простите меня, ради Бога, мастер Генри!

– Xa-xa-xa! Твое счастье, Грегори, что никто, кроме крыс, не слышал, что ты нес спросонок! А то ведь ты такое наговорил, что никак не вяжется с твоей новой службой!

– Моей новой службой? Что вы хотите этим сказать, мастер Генри?

– Да судя по тому, что у тебя в руке, – сказал Голтспер, многозначительно кивая на письмо, – ты, надо полагать, стал королевским гонцом?

– А-а, вот оно что! Понимаю, мастер Генри. Королевский гонец! Нет, упаси Боже! Слишком неспокойная должность для Грегори Гарта. Но хоть я и не гонюсь за этой должностью, вышло так, что мне в самом деле привелось встретиться с королевским гонцом. Вот из-за этого-то письма я и явился к вам в такой поздний час. А не будь его, я, конечно, выбрал бы более подходящее время.

– А это письмо мне?

– Сказать по правде, мастер Генри, оно написано не вам и не предназначалось для вас, но по тому, что мне удалось разобрать, в нем много такого, что вам следовало бы знать. Но, конечно, вам самому будет виднее, после того как вы его прочтете.

Грегори протянул Голтсперу письмо, и тот сразу увидел, что оно с обеих сторон надорвано по краям, хотя печать на нем и осталась нетронутой.

– Королевская грамота! И ты решился вскрыть ее, Грегори?

– Д-да... она как-то у меня сама разорвалась, мастер Генри, – промямлил разбойник. – Может, оно и нехорошо... да ведь я не знал, что это королевская грамота. А и знал бы, так, наверно, все равно разорвал бы, – буркнул он себе под нос.

Голтспер быстро пробежал глазами адрес:

Капитану Скэрти, командиру отряда королевских кирасиров.

Бэлстрод Парк

Графство Бэкингемшир.

– Это не мне. Гарт... Это...

– Я знаю, знаю, мастер Генри... но ведь вчера-то я еще не знал, когда этот пакет попал ко мне в руки. Я только нынче утром услышал, что они появились здесь.

– Но как же он мог попасть в твои руки, этот пакет?

– Как он ко мне попал?

– Вот именно! Кто тебе его дал?

– Я... я, мастер Генри, получил его прошлой ночью... от одного кавалера... он... он мне его передал.

– Прошлой ночью? В котором же это было часу?

– Да час-то уж был поздний, совсем затемно...

– Так это было до или после...

– После того как я повстречал вас – вы это хотите знать, мастер Генри? Да, признаться, немножко попозднее.

Грегори опустил голову: ему явно было не по себе от этого допроса, и он тщетно старался скрыть свое замешательство.

– Что ж это был за кавалер? – продолжал допытываться Голтспер, и видно было, что он интересуется этим не только в связи с подозрительным замешательством разбойника.

– Богато одетый кавалер, мастер Генри, и конь под ним был разве что чуть похуже вашего. Давно уж мне не приходилось видеть такого коня! Вот этот кавалер мне сам и сказал, что он, как вы изволили назвать, королевский гонец.

– И ты отнял это у королевского гонца?

– Да... нет... мастер Генри...

– Не может быть, чтобы он сам дал тебе этот пакет!

– Ах, мастер Генри, язык не поворачивается вам соврать! Признаюсь, я взял у него это письмо.

– И, верно, еще кое-что? Выкладывай, Гарт, нечего от меня прятаться! Говори всю правду.

– О Господи Боже! Мастер Генри, вы требуете, чтобы я сказал все?

– Да, Грегори, все, или прочь с моих глаз и не попадайся мне больше никогда!

– Боже милосердный! Нет-нет, мастер Генри, я все выложу, все, как было, ничего не утаю... На кавалере были разные ценные вещи, как оно, конечно, полагается королевскому гонцу, – часы с золотой цепью, богатая одежда, карандаш с золотым колпачком, какая-то штучка, не знаю, как называется... медальон, что ли... уж не говоря...