Льюис Уоллес - Бен-Гур

Слушатели рассмеялись.

– Вы хотите сказать, что этому человеку удалось сохранить собственность? – спросил один из них.

– Так говорят, – ответил еврей, – я рассказываю вам так, как сам услышал эту историю. Итак, Симонидис, который был агентом Гура здесь, в Антиохии, через некоторое время открыл свое собственное дело, а еще через какой-то срок вышел в число ведущих предпринимателей этого города. Следуя традициям своего бывшего хозяина, он отправляет караваны в Индию. Из принадлежащих ему галер можно было бы сформировать целый флот. Говорят, ему необыкновенно везет. Если его верблюды и дохнут, то только от старости; суда его никогда не тонут; если он бросает камень в реку, то камень этот возвращается ему золотым самородком.

– И как давно он таким образом процветает?

– Почти десять лет.

– Должно быть, ему повезло в самом начале.

– Да, ходят слухи о том, что прокуратор наложил руку на то имущество старого Гура, которое было перед глазами – на его лошадей, стада, землю, суда, товары. Денег же не нашли. Что сталось с ними – до сих пор загадка.

– Только не для меня, – с презрительной усмешкой бросил один из слушателей.

– Вполне понимаю вас, – ответил еврей. – Так думают многие. Что эти деньги стоят за взлетом старого Симонидиса – общее мнение. Кстати, сам прокуратор того же мнения – или разделял его в прошлом, – поскольку дважды за последние пять лет он приказывал бросить старика в застенок и пытать там.

Иуда со страшной силой сжал руками корабельный шкот, за который держался.

– Говорят также, – продолжал рассказчик, – что в его теле нет ни одной целой кости. Когда я в последний раз видел его, он сидел в кресле, сгорбившись, весь обложенный подушками.

– Изломан пытками! – в один голос воскликнули несколько слушателей.

– Да, вряд ли причиной этого была болезнь. Но все же муки не сломили его. Все его имущество законно, и он законно его использует – вот и все, чего от него смогли добиться. Теперь, во всяком случае, от него отстали. Его торговая лицензия подписана самим Тиберием.

– Ручаюсь, он щедро за нее заплатил.

– Эти суда принадлежат ему, – продолжал еврей, проигнорировав замечание недоброжелателя. – По обычаю его суда приветствуют друг друга при встрече, поднимая желтые флаги, что значит: «У нас было удачное плавание».

Слушатели поняли, что это конец рассказа.

Когда грузовая галера уже шла по речному фарватеру, Иуда заговорил с евреем:

– Как звали хозяина того купца?

– Бен-Гур, один из отцов города Иерусалима.

– И что стало с его семьей?

– Сына сослали на галеры. Скорее всего его уже нет в живых. Обычно больше года человек на галерах не выживает. О вдове его и дочери ничего не слышно; те, кто и знает, что с ними стало, предпочитают помалкивать. Без сомнения, они умерли, брошенные в одну из тюрем, которых в Иудее хватает.

Иуда поднялся на рулевой помост. Он так был захвачен рассказом, что едва замечал берега реки, которые от берега моря до самого города были усажены великолепными садами, где росли лучшие сирийские фрукты и зрел чудесный виноград. Сады перемежались с группами вилл, не уступавшими в богатстве тем, что украшали собой берега Неаполиса. Никакого внимания не обращал он и на бесконечную вереницу судов, спускавшихся и поднимавшихся по реке. Слух его был закрыт для криков и песен матросов, занятых работой или отдыхавших от нее, лежа на палубе. Высоко поднявшееся на небе солнце заливало своими лучами всю землю, но в душе его царил мрак.

Лишь один раз он проявил минутный интерес, когда кто-то из попутчиков показал ему рощу Дафны, которую открыла им одна из излучин реки.

Когда показался город, все пассажиры столпились у бортов, стараясь ничего не упустить из открывающегося перед ними зрелища. Почтенный еврей, уже знакомый нашему читателю, взял на себя роль экскурсовода.

– Река течет на запад, – стал рассказывать он, отвечая на многочисленные вопросы. – Я помню еще то время, когда она омывала основание городской стены. Но, как это обычно бывает в наши времена, торговля подгребла под себя все; и теперь берега реки заняты верфями и пристанями. Вон там, – показал он рукой, – вы видите гору Касий, которую здешние жители любят называть горами Оронта, – ибо гора наискосок через реку считается ее братом по имени Амн. Между ними простирается Антиохийская равнина. Еще дальше – Черные горы, откуда царские водопроводы доставляют чистейшую воду для утоления жажды людей и улиц города. Эти горы окружены дикими лесами, даже скорее чащобами, в которых водится множество птиц и зверей.