Айн Рэнд - Атлант расправил плечи

– Но чего ради? Зачем ты это делаешь? Чтобы преподать им урок?

– Черт, нет, конечно! Я хотел, чтобы меня считали плейбоем.

– Зачем?

– Плейбой – это человек, который позволяет деньгам утекать у него между пальцами.

– Зачем ты играл такую неблаговидную роль?

– Это камуфляж.

– Для чего?

– Для достижения собственной цели.

– Какой?

Франсиско покачал головой:

– Не просите меня отвечать. Я и так уже сказал больше, чем должен был. Остальное вы так или иначе скоро узнаете.

– Если ты сказал больше, чем должен был, то почему именно мне?

– Потому что… вы первый за много лет, кто вызвал во мне желание открыться, – голос его звучал предельно искренне. – Потому что я никогда не хотел, чтобы кто-то, кроме вас, узнал обо мне правду. Потому что знал, что вы, как и я сам, презираете плейбоя больше всех других человеческих типов. Плейбой? Я в жизни не любил никого, кроме одной женщины, я и сейчас ее люблю и всегда буду любить! – слова вырвались против его воли, и он добавил, понизив голос: – Я не признавался в этом никому… даже ей.

– Ты ее потерял?

Франсиско сидел, глядя в пространство, и Риарден не видел его глаз, только рот – опустившиеся уголки губ, выражением мрачной покорности. Риарден понял: лучше этой раны больше не касаться.

Настроение Франсиско, как обычно, резко изменилось, и он, вставая, с улыбкой произнес:

– Что-то беседа затянулась!

– Раз уж ты доверился мне, – сказал Риарден, – я в ответ хочу рассказать тебе о своей тайне. Хочу, чтобы ты знал, как сильно я доверял тебе еще до того, как пришел сюда. И позднее мне может понадобиться твоя помощь.

– Вы – единственный человек, которому я хотел бы помочь.

– Я еще многого в тебе не понимаю, но уверен в одном: ты не друг мошенникам.

– Не друг, – в глазах Франсиско мелькнула искра веселья.

– Поэтому я уверен, что ты не выдашь меня, если я скажу, что собираюсь продолжить продажу своего металла клиентам по собственному выбору, как только увижу подходящую возможность. Как раз сейчас я готовлюсь к сделке, в двадцать раз превосходящей ту, за которую меня судили.

Сидя на подлокотнике кресла, Франсиско нахмурился и подался вперед, молча глядя на него.

– Вы думаете, что таким образом боретесь с ними? – спросил он.

– А как, по-твоему, это называть? Сотрудничеством?

– Сначала вы работали и производили для них металл ценой потери своей прибыли, потери друзей, обогащения подонков, пытавшихся вас ограбить, и сносили брань за то, что позволяли им выживать. Теперь вы хотите делать это, рискуя занять позицию преступника и в любой момент попасть в тюрьму, ради сохранения системы, поддерживать существование которой возможно лишь ценой жертв, только нарушая собственные законы.

– Я это делаю не ради системы, а для клиентов, которых я не могу отвергнуть из милосердия к их системе. Я не намерен продлевать существование их системы, я не намерен позволить им остановить меня, неважно, насколько тяжело мне придется, и не намерен отдать им мир, даже если я останусь последним выжившим.

В данный момент этот нелегальный заказ для меня важнее, чем все мои заводы.

Не ответив, Франсиско медленно покачал головой. Потом спросил:

– Кому из ваших друзей в меднодобывающей промышленности вы хотите предоставить привилегию донести на вас на сей раз?

Риарден улыбнулся:

– На сей раз этого не случится. Я заключил сделку с человеком, которому доверяю.

– Правда? И кто же это?

– Ты.

Франсиско резко выпрямился:

– Что? – ему почти удалось скрыть изумленное «Ах!».

Риарден улыбался.

– Тебе не известно, что я теперь твой клиент? Все сделано через пару подставных лиц и под фальшивым именем, но мне нужна твоя помощь, чтобы твои сотрудники не слишком совали нос в это дело. Мне нужна эта медь, нужна вовремя, и меня не волнует, арестуют ли меня после того, как всё получится. Я знаю, что ты потерял интерес к своей компании, своему состоянию, своей работе, потому что не желаешь иметь дело с мошенниками вроде Таггерта и Бойля. Но если ты действительно веришь в то, чему меня научил, если я – последний, кого ты уважаешь, ты поможешь мне выжить и разбить их. Я никогда ни у кого не просил помощи. Я прошу помощи у тебя. Ты мне нужен. Я тебе доверяю. Ты никогда не скрывал своего восхищения мной. Что ж, моя жизнь в твоих руках, бери ее, если хочешь. Медь « Д’Анкония Коппер» уже отгрузили и везут мне. Судно вышло из Сан-Хуана пятого декабря.

– Что?!!

Это был почти вопль отчаяния. Франсиско вскочил на ноги, не в силах скрывать чувства.