Ирина Гуро - Взрыв. Повесть

Женька замолчал. Не глядя на Василия, допил пиво и, так и не подымая глаз, закончил:

— Давно хотел кому-то все это вывернуть. А кому? В ЧК идти? С чем? В пустой след… Теперь уже ничего не вернешь!

— Погоди, Женька! А почему ты там, на пожарище, оказался?

Женька поднял голову, посмотрел на Василия: глаза Женькины были полны тоски. Василия даже передернуло — так пошла вся жизнь парня наперекос!

— Не могу я этого объяснить, Вася, — сказал Женька печально, — не могу… Что меня тянуло туда, сам не знаю. — Женька махнул рукой и вдруг добавил горячо: — Мучительно мне было это и все же приходил. И всякий раз жизнь свою пересматривал, думал: неужели я человек конченый? Хорошо, что тебя встретил. Вот все выложил — и на душе легче!

Василий напряженно раздумывал: профессиональное чутье подсказывало ему, что в рассказе Женьки вьется конец какой-то ниточки. Кто этот офицер, почему-то принявший участие в Женьке? Не потому ли, что он хотел держать его на виду у себя или Своих людей?

Женька ничего не знал о конце Петрикоса. Да и зачем ему знать?

— Слушай, Женя! Раз уже так случилось, что мы встретились, и что ты мне все откровенно…

— Это так. Как на духу, — кивнул Женька.

— Я понял. Но раз так, послушай моего совета.

— Что ж ты мне можешь насоветовать? — горько заметил Женька. — Дело мне припаять это, конечно, можно. С эсерами снюхался? Было. Со всякой шушерой? Тоже было. Что ж, теперь со мной разговор короткий!

— Что ж ты мне можешь насоветовать? — горько заметил Женька.

Василий нахмурился:

— Не так. Вовсе не так. ЧК уничтожает только непримиримых врагов революции. А таких, как ты…

— Что? Заблудшая овца? — криво усмехнулся Женька.

— Если честно говорить, ты, конечно, не одну версту прошел вместе с нашими врагами…

— Не отрицаю, — Женькин голос прозвучал искренне, — но сейчас мне с ними не по пути. Независимо от того, как со мной обойдутся!

— Ты меня послушай. Я поговорю со своими о тебе. Я же понимаю: ты неспроста мне душу открыл. Хочешь повернуть свою жизнь.

Женька пожал плечами:

— Поздно уже, наверное. Впрочем, делай как знаешь.

Теперь, когда все совершилось, Нольде и не помышлял о встрече с Черепановым. Впрочем, все равно пришла пора убираться отсюда. Миссия его закончена. В Питере он не задержится: ему обещан иностранный паспорт и — отъезд… Европа, к твоим камням припадет многострадальный изгнанник! Все прошло удачно, все позади!

Нольде потребовал счет за номер, а сам спустился в ресторан. Вечер только начинался, маленький оркестр занимал свои места на возвышении. Дирижер поклонился Нольде, как знакомому. Пожалуй, он слишком зажился в этих номерах. Слава богу, это конец…

Через два дня он будет в море. На пути к Ревелю. От этой мысли Нольде и вовсе развеселился. Не торопясь, со вкусом прикладывался губами к бокалу. Вино неплохое: из-под полы. Он не прочь был бы разделить с кем-нибудь этот вечер.

Последний вечер. И вдруг заметил того приятного молодого человека, кажется, его зовут Евгений, которого он устроил на советскую службу… Из каких побуждений? Конечно, не альтруистических. Молодой человек был связан с Петрикосом. Все же спокойнее, если этот Евгений будет ему чем-то обязан. И еще лучше то, что он будет под рукой, у своих людей. Глядишь, и пригодится…

Евгений заметил его, вежливо поклонился. Кажется, не решается подойти. Нольде поманил его пальцем, предложил сесть за свой столик… Вполне благовоспитанный молодой человек этот Евгений. Он начинает с благодарности за свое устройство на службу, даже собирался специально зайти к нему, но постеснялся. Надеется, что будет полезен в дальнейшем. Что ж, не исключено.

За ужином Нольде расспрашивает Евгения о его семье, работе. Евгений еще раз благодарит: такое место, в затишке… В этих словах имеется подспудный смысл: сейчас самое главное — переждать в затишке!

Разговор шел легко, непринужденно. Этот рыженький Евгений весьма неглуп. Уважителен, скромен. Что удивительного? Мальчик не из аристократической, но из чиновной семьи… Нольде даже подосадовал, что роль Александра Тикунова ограничивает его, не позволяет развернуться. Он мог бы поделиться со своим молодым другом, так внимательно слушающим его, многим. В конце концов, это же его смена, им продолжать святое дело освобождения России. А впрочем, он, Вадим Нольде, сам еще надеется… Совсем скоро он опять станет самим собой. А выполненное задание обеспечит ему все, о чем он мечтал.