— Ой! Это Зоин папа! — охнула Сорока.
Картина оборвалась.
Ребята завертелись. Вскочили, заговорили все разом.
— Это он, чтобы спасти охотника, бросил аппарат и — на тигра, понимаешь? — объяснял Занька Чешуйке. — А другой кинооператор снимал все это.
Зоя сидела бледная, комкая платок. Хотя она знала, что папа жив, что сейчас он помогает Леше-механику показывать картину, все-таки было страшно, и по коже бегали мурашки.
— Все равно он его не досмерти загрыз, — говорила она Сороке. — Смотри, опять начинается!
Сорока закрыла глаза растопыренными пальцами.
— Я боюсь, Зоя. Скоро спасут? Скоро? — спрашивала она, а сама нет-нет да и выглянет в щелочки между пальцев.
— Ага, голубчик, попался! — закричал Занька, увидя на экране спутанного сетями тигра. Он неистово захлопал в ладоши и затопал ногами.
Зоиного папу уносили на руках.
Загорелся свет, и в зал вошел кинооператор.
Зоя бросилась к отцу, но ее оттеснили, каждому хотелось посмотреть, потрогать шрамы страшных когтей.
— Вы прямо как герой! — закричал, по обыкновению, Занька. — И я бы тоже так — ка-ак дал бы тигру!
— Ну да, — захихикала Мартышка. — Тигр — «Р-р-р!..», а ты заорешь: «Мама!»
Вечером за ворота школы высыпали все ребята. Зоя, одетая в новое, «свое» платьице и панамку, привезенные отцом, и от этого какая-то незнакомая, смущенно улыбалась. Она прижимала толстого, пушистого Мика. Отец уже сел в автомобиль, а она все еще стояла в толпе ребят.
— Приезжай, Зоя, — просили девочки.
— Смотри Мика привози! — крикнула Мартышка.
— А с Миком-то я и не попрощался! — вдруг закричал Печенька. Он схватил его толстую лапку. — До свиданья, до свиданья!
— И я тоже!
— И я!
Все протискивались, чтоб пожать Мику лапочку.
— Иди, иди, Зоя, — смеялся отец.
— Счастливая, Зоя! — вздохнула Сорока. — В море будешь купаться.
— Я скоро приеду: у папы ведь только на месяц отпуск.
Автомобиль уже трогался, когда через толпу ребят пробилась Тонечка и вскочила на подножку.
— Я вас до станции провожу.
Ребята замахали панамками. Зоя, обернувшись, высоко подняла Мика.
Клубы пыли окутали шоссе. Автомобиль скрылся за поворотом.