Пару раз, когда Касси просыпалась совсем рано утром, она видела в окно, как лисята что-то с азартом вынюхивают в кустах ежевики. Они высоко-высоко подпрыгивали и что-то хватали – явно охотились. Но на кого? На мышей? На жуков? Касси не знала, а на таком расстоянии было не разглядеть. В книжке, которую Касси взяла в библиотеке, было написано, что лисицы едят даже земляных червей.
Она точно знала, что лисята едят ежевику. Она сама видела, как они осторожно объедали ягоды с колючих веток. Лисята пытались вставать на задние лапки, чтобы дотянуться до ягод на верхних ветках, но у них почти ничего не получалось. Сама Касси не любила ежевику – слишком кисло, и семена застревают в зубах, – но она собирала ягоды для лисят. Оставляла их кучками на траве, а когда возвращалась на следующий день, ягод не было и в помине. Касси знала, что их съедают лисята, потому что их какашки становились ежевичного цвета. Однажды она случайно наступила на такую тёмно-фиолетовую кучку и потом два часа оттирала свою белую кроссовку.
Но пятно всё равно осталось, и мама сразу его заметила, когда Касси пришла домой после прогулки. Мама сказала, что от кроссовки противно пахнет, и, наверное, так оно и было, хотя самой Касси запах не казался таким уж противным.
Она улыбнулась, вспомнив, как аккуратно лисята объедали ягоды с веток, но всё равно умудрились испачкать мордочки в фиолетовом соке.
К первому сентября на кустах ежевики не осталось ни одной ягодки. Наверное, Инею без лакомства скучно, думала Касси. В пятницу, когда Касси с Уильямом вернулись домой из школы, мама гуляла с Лукасом во дворе.
Уильям остался с мамой и спящим в коляске Лукасом, а Касси побежала за дом, на пустырь. У неё от обеда осталось яблоко, которое она специально приберегла для лисят, и теперь Касси положила его рядом с зарослями ежевики.
Интересно, съедят его или нет? Наверное, лисята в жизни не видели яблок.
Когда Касси вернулась во двор, кто-то у неё за спиной проговорил недовольным скрипучим голосом:
– Нельзя их прикармливать.
Касси испуганно обернулась и увидела очень сердитую миссис Моррис, сидящую на лавочке у подъезда.
Миссис Моррис, их соседка по лестничной клетке, была совсем старой. Она вечно ворчала, что Лукас громко плачет и мешает ей отдыхать. Мама всегда говорила Касси и Уильяму, что миссис Моррис не злая, наверное, ей просто нездоровится. Или, может быть, ей одиноко и хочется с кем-нибудь поговорить. Но в разговорах с папой, когда мама думала, что Касси с Уильямом её не слышат, она не раз называла соседку «вредной старой каргой». А папа, перед тем как выйти из квартиры, всегда сначала заглядывал в дверной глазок, чтобы убедиться, что на лестнице нет миссис Моррис. Он не хотел с ней встречаться: «Она опять сядет мне на уши, и придётся выслушивать её жалобы минут десять, если не больше».
– Ч-ч-что вы сказали? – заикаясь, проговорила Касси.
Откуда миссис Моррис знает, что она кормит лисят? Она что, наблюдает за ней с балкона?
– Не надо приваживать их во двор, этих гадких животных. От них только грязь и зараза. Ты бы видела, что они сделали! Распотрошили пакеты с мусором, которые кто-то снова оставил у баков. Мусор валяется на земле, к бакам не подойти!
– Что такое? – Кассина мама уже спешила к подъезду, толкая перед собой коляску. Коляска подпрыгнула на выбоине в асфальте, Лукас проснулся и захныкал. – Касси, ты куда убежала? Ты всё-таки предупреждай… Что тут у вас происходит? – спросила она как-то даже слегка резковато.
– Ваша девочка кормит лисиц на пустыре. – Миссис Моррис с видимым усилием поднялась на ноги. – Вам надо тщательнее следить за детьми! А вдруг она чем-нибудь заразится? Лисицы – разносчики разной заразы.
Касси видела, что мама злится, но ей всё-таки удалось сдержаться и даже выдавить что-то похожее на улыбку:
– Спасибо, миссис Моррис. Я с ней поговорю. Касси, Уильям, пойдёмте домой.
Они все вместе вошли в подъезд, а миссис Моррис осталась стоять у скамейки.
Уже в лифте мама спросила:
– Это правда, Касси? Я же вам запретила ходить на пустырь. Я думала, вы с Уильямом гуляете на детской площадке.
Касси украдкой взглянула на Уильяма, который сердито смотрел на неё. Они почти никогда не ходили на детскую площадку в конце квартала. Да, там качели, и горки, и лазалки, но на площадке гуляла одна малышня под присмотром родителей.
Читать дальше