Иоанна Хмелевская - Пафнутий

– Что ты сказал? – повернулся он к медведю. – Я не ослышался?

– Человеческий детеныш, – поспешил повторить Пафнутий. – Девочка маленькая в нашем лесу. Заблудилась.

– Надо же! – расстроился Чак. – Этого еще не хватало!

И решительно крикнул коровам:

– А ну марш домой! Сами знаете, где живете, и без меня дойдете.

И гавкнув для острастки на них еще пару раз, пес подбежал к Пафнутию.

– До чего бестолковые эти коровы – сил нет! Каждый вечер приходится их подгонять. А ну, быстренько расскажи мне, что с девочкой? Как она оказалась в лесу?

Пафнутий честно попытался коротко сказать сразу обо всем и у него не очень складно получилось.

– Девочка бежала, сидела и плакала… Барсучата, собачки и котятки… Чуть не утонула в болоте… Я и Грация помешали, и еще белочка и кабаненок… Бабочка, наоборот, есть землянику, а нашествия людей не желаем!

Хотя Чак и был собакой очень умной, даже он не сумел разобраться в столь запутанной истории и попросил:

– Нет, это слишком уж кратко. Не понял, почему бабочка ест землянику, и это плохо для девочки, и откуда в вашем лесу взялись собачки и котятки?

– Собачки и котятки – это детки барсука, – пояснил Пафнутий. – Девочка так считает. А Ремигий не все сумел перевести, там такие сложности! И все-таки давай я лучше расскажу тебе все по порядку.

Чак решительно сел рядом с медведем.

– Да, – согласился он. – Так будет лучше. Валяй!

По мере того, как Чак выслушивал рассказ Пафнутия, он все больше беспокоился и волновался.

– Плохо дело! – сказал пес. – Почему только сейчас ты пришел ко мне? Сразу надо было. Ведь того и гляди стемнеет.

Пришлось Пафнутию оправдываться: не мог он бросить человеческого детеныша в критический момент, того и гляди глупая малышка зашла бы в болото, вот и пришлось сидеть там, к тому же она очень его полюбила, просила ей помочь, не хотела отпускать. Он, Пафнутий, и то волнуется, как там она, без него. А ведь это очень далеко, за озером, пока он туда дотопает. К тому же в брюхе урчит от го…

– Погоди, – перебил Чак медвежьи жалобы. – Помолчи, дай подумать.

Пафнутий послушно замолк на полуслове, а Чак стал напряженно думать.

– Конечно, я и без тебя мог бы туда сбегать, – стал он думать вслух, – да не так хорошо знаю ваш лес, пришлось бы тратить время на поиск твоих следов. Ну, понятно? К девочке я бы шел по твоему следу, а потом стал бы искать ее следы. Ведь я прекрасно знаю кабаньи тропы, места, где живут бобры, где расположено волчье логово, найду это все с закрытыми глазами. А девочку искать лучше днем.

– И что бы ты сделал днем? – поинтересовался Пафнутий.

– Одно из двух, – ответил Чак. – Мог бы ее вывести к шоссе, туда, где плачет ее мама. Девчонка очень пугливая?

– Нет, не очень, – подумав, ответил Пафнутий. – Сначала она и в самом деле очень боялась, просто жутко боялась, а потом совсем перестала бояться. И плакать перестала. Думаю, теперь совсем не боится.

– Если не боится, я мог бы схватить зубами ее за платье и тащить, – решил Чак. – Но не в темноте же! Ваш лес на редкость густой и неровный, в темноте мы бы не прошли.

– Ты сказал – одно из двух, – напомнил Пафнутий. – А что второе?

– Мог бы привести к ней тех людей, которые отправятся на ее поиски. Если, конечно, кто-то из вас будет мне показывать, где девочка будет находиться в данный момент. Но опять же ночью это невозможно сделать, да ночью люди и сами в лес не сунутся.

– Тогда, может, днем? – спросил Пафнутий.

– Да, только днем. И надо сделать так, чтобы девочка провела ночь безопасно. Погоди, дай еще подумать.

Пафнутий ждал, а Чак думал. Так долго думал, что за это время в голову Пафнутия пришли беспокойные мысли. Ну, во-первых, о волках. Они живут как раз в тех краях, где утром появятся толпы людей. Наверняка это волкам очень не понравится. Придется бежать из собственного дома, а у них дети малые. И еще. В тех же краях проживает известный всему лесу матерый секач-одиночка. Старый кабан прославился своим скандальным характером. Очень он необщительный, очень задиристый, не выносит никакого общества, не только человечьего. Кто знает, как поведет себя злой старик. Набросится на людей? Ему это ничего не стоит, он никого не боится. А людям, в свою очередь, это тоже может не понравиться, глядишь, и обидят старика… И так нехорошо, и так плохо. А еще в тех местах целые заросли орешника, из-за него в дуплах окрестных деревьев поселилась колония белок. Нашествие людей заставит и их покинуть дома, а людские стада переломают заросли лещины, потопчут земляничные поляны…