Валентина Осеева - Динка. Повесть

- Алина! Кто-то идет…

Алина хватает со стола мамино письмо и мчится по дорожке.

- Что вы бегаете? - набрасывается она на сестер. - Играйте где-нибудь в другом месте!

- Мы сейчас уйдем! - говорит Мышка. Алина, выглянув на дорогу, возвращается.

- Там никого нет. Это дети, - говорит она тетке.

Катя вздыхает и молча удаляется в свою комнату.

«Вот еще несчастье! - расстроенно думает она. - Сиди и жди как дурочка… И о чем говорить? Нет, я запрусь, пусть Алина его принимает!»

Алина чувствует волнение тетки и, заложив руки за спину, деловито прохаживается по дорожке, держа наготове мамино письмо.

- А сколько времени? - спрашивает она высунувшуюся в окно Катю.

- Уже десять, - упавшим голосом отвечает Катя.

- Смотри, уже десять… - шепчет сестре Динка. - Пойдем сядем у дороги, подальше от дома. Там все видно!

Мышка растерянно оглядывается по сторонам и следует за Динкой.

Усевшись на обочине дороги и зарывшись босыми ногами и теплую пыль, девочки зорко вглядываются в даль.

- А когда приезжают женихи, ты не знаешь? - спрашивает сестру Динка.

Мышка зябко поводит плечами.

- Я думаю… к обеду, - почему-то предполагает она и, морщась, как от зубной боли, просит: - Только ты не кричи сразу. Надо все-таки вежливо…

- Он вежливо - я вежливо, он драться - я драться, - выпятив губу, говорит Динка и, сложив вдвое смоченную в кадушке веревку, шлепает ею по траве. - Вот этим как дашь по спине, так всякий жених вверх тормашками опрокинется!.. Лучше любой палки!

- А какой он вообще. Катя не говорила? - со вздохом спрашивает Мышка. Она так подавлена всем случившимся и той неизвестной ролью, в которой ей сейчас придется выступать, что бледное личико ее совсем поникло, а серые глазки смотрят испуганно.

Но испуг сестры только прибавляет Динке воинственный жар, и фантазия ее разыгрывается.

- Какой жених? - широко раскрывая глаза, переспрашивает она и, смешивая вместе все впечатления вчерашнего дня, шепотом описывает: - У него борода как веник. И зубы длинные, желтые, а на шее такой бугор, а голова просто череп… И кулачищи! А из носа все время идет дым…

- Ой, что ж это! - боязливо подбирая под себя ноги, шепчет Мышка. - И такой жених хочет жениться на нашей Кате?! Ну нет! - В глазах ее, против ожидания сестры, вдруг появляется отчаянная решимость и тоненький носик взлетает вверх. - Чтоб никакой ноги его даже не было! Я прямо ему скажу: «Сейчас же уходите! Мы Катю не отдадим!»

На повороте появляется какая-то фигура, и девочки замолкают. Фигура приближается, и за деревьями уже виден высокий человек в белой рубашке с отложным воротником и в серых брюках. Он идет медленно, вдыхая полной грудью свежий запах леса и обмахивая шляпой круглое вспотевшее лицо. Мягкие черешневые глаза его еще издали замечают девочек и, щурясь от солнца, приветливо улыбаются…

- Смотри! Сахарная голова! - радуется Мышка. - Бежим к нему навстречу!

Но Динка хватает сестру за руку. Быстрая мысль мелькает у нее в голове.

- Подожди… Может, это он - жених? Мы же не знаем! - возбужденно шепчет она.

- Ну, если он, так это хорошо! Тогда Катя не будет плакать! - порываясь вперед, говорит Мышка.

- Молчи, глупая! Катя все равно заплачет, потому что они любит Костю… Но, может быть, это не он? - сомневается Динка. - Конечно, не он! - убеждает Мышка. - Ты же говорила желтые зубы и дым из носа…

- Мало ли что я говорила… - бормочет Динка, озабоченно морща лоб.

- Эй, вы! Босоножки! Что вы тут делаете? - кричит неожиданный гость и, подойдя к девочкам, протягивает им обе руки. - Здравствуйте, лисички-сестрички!

- Здравствуйте, Виктор Николаевич! - смущенно и радостно здоровается Мышка.

Но Динка быстро вырывает свою руку и, подозрительно оглядывая гостя, серьезно спрашивает:

- Это не вы называетесь «жених»?

- Так нельзя спрашивать, - тихонько толкая сестру, смущается Мышка.

Нo Виктор Николаевич громко смеется.

- А ты что-то пронюхала уже? - весело шутит он. Динка быстро выталкивает вперед сестру.

- Вы приехали к Кате? - сильно краснея и волнуясь, спрашивает Мышка.

- Да! И к вам!.. А что, Катя здорова? - тревожится вдруг Виктор Николаевич.

- Да, она здорова. Мы тоже здоровы. Но если вы Катин жених, то мы не пустим вас в дом, - решительно выступает Динка.

- Вы не пустите меня в дом? За что же такая немилость? - удивляется гость, глядя на обеих девочек.

- Виктор Николаевич… Сахарная голова… то есть наоборот… - совершенно запутавшись от смущения, шепчет Мышка.

- Ха-ха-ха! - громко хохочет Виктор Николаевич. - Это кто же окрестил меня так? Ах вы насмешницы!