Кирилл Багров - Укротители волн

– А ты не догадываешься? – усмехнулся Илья. – Мы с ним сцепились бы еще тогда на берегу, если бы не вмешался Анатолий Григорьевич. Я думаю, он нарочно приперся в Диско, чтобы разобраться со мной.

– Ага, – кивнул головой Костя, дожевывая пирожок, который стащил со стола, воспользовавшись невнимательностью хозяек. – А тебе повода и не надо, достаточно только появиться в поле твоего зрения. Ты же у нас обладаешь свойством самозапальчивости!

– Ой-ой! – с кровати послышались вопли, чередующиеся с приглушенными стонами: Рита безжалостно мазала йодом раны и ссадины горе-бойцов. – Больно же! Хватит, что ли?

– Молчите, несчастные! – тоном античного оратора воскликнул Костя, дожевавший-таки пирожок. – Принимайте с достоинством наказание за грехи ваши!

Илья с особой бодростью и резвостью спрыгнул с кровати и помчался к двери, размахивая на бегу истекающей кровью и йодом рукой:

– Нет, я так больше не могу! Лучше умру от заражения крови, но эту садистку больше не подпущу к себе на расстояние двух метров! – высунув кисть из-за двери на улицу и подставив ее прохладному вечернему ветерку, он облегченно вздохнул и вкрадчиво добавил: – Надеюсь, твои руки не превышают такую длину?

– Помолчал бы лучше, – отмахнулась Рита, занятая заботами о другом пострадавшем. – Для вас стараешься, стараешься, а взамен – ни капли благодарности! Куда это наша великая пианистка подевалась? Помогла бы мне с примочками…

– Ее увел Антон, тот гитарист. Сказал, что завтра группа должна выступать, поэтому они назначили сверхурочную репетицию, – объяснил Костя.

– И откуда ты все знаешь, Интернет? – язвительно поинтересовалась Рита. – Может, ты еще знаешь, куда смылся Игорь? Завтра как-никак гонки, ему бы набраться сил, а не бодрствовать ночами напролет!

– Я-то знаю, но не скажу, – таинственно произнес Костя. – Это – великая тайна! На вот тебе бинт, вот тебе холодная вода, действуй! Ты у нас временно на правах врача скорой помощи!

Родион за время перевязки и накладывания примочек на многочисленные синяки и ушибы не произнес ни слова. Он лежал и смотрел на Риту, словно наблюдая за ее действиями со стороны. Он подумал, что запросто подрался бы еще с кем-нибудь, если бы ему была оказана такая же помощь. А может, дрался бы всю жизнь…

Девочка изо всех сил старалась не выдавать и тени смущения, но в действительности ей было неловко ощущать себя объектом столь пристального и неотрывного наблюдения. Главное, не разлить йод на кровать! Во-первых, это тут же выдаст ее чувство неловкости, а во-вторых – его же потом не отстирать.

– Ну все, готово! Жить будете, – сказала Рита и кинула взгляд на стол. – Пока наш умник не слопал все пирожки, предлагаю всем попить чаю!

Ничего не подозревающая Катя шла на репетицию группы. Да и с чего бы ей подозревать, если Игорь старался следовать за ней как можно незаметнее, выбирая неосвещенные места, прячась за деревьями и постройками, попадающимися на пути.

«Зря я пошел так рано, лучше было бы дождаться окончания репетиции и понаблюдать из укрытия, с кем она будет возвращаться. Может, я и не прав совсем, может, Катя – сама чистота и непорочность? В этом-то я и хочу убедиться лично, увидеть собственными глазами. Сейчас – самый благоприятный момент. Катя уверена, что я пошел отсыпаться перед гонками и мне и в голову не придет встретить ее, особенно если она думает, что стала мне безразлична.

Внимание! Кто-то вышел ей навстречу! Выбрать бы укромное местечко, откуда будет видна входная дверь Клуба! А еще лучше пробраться вовнутрь и послушать, что вообще творится на этих репетициях,» – Игорь дождался, пока Катя и встречавший ее парень вошли в здание, и незаметно пробрался в более укромное местечко, попытался заглянуть в окно.

Музыкальный Клуб внутри представлял собой большую сцену, на которой были расположены самые разнообразные музыкальные инструменты, и ряды кресел для слушателей. Они легко сдвигались в сторону по необходимости и здесь можно было устраивать танцы под живую музыку. Подобное развлечение музыканты и запланировали на завтрашний вечер. Это был их дебют, поэтому каждый жутко волновался и чувствовал огромную степень ответственности.

Что касается Кати, то она играла сразу две роли – в инструментальных композициях она солировала на клавишных, а в прочих – пела, поскольку первая солистка группы, Лена, умудрилась заработать ангину, накупавшись и объевшись мороженым. Она обещала выздороветь к концу недели, но музыканты не могли ждать так долго. А тут еще Антон обнаружил пропадающий зазря Катин вокальный талант. Одним словом, девчонке пришлось выручать группу.