Жаклин Уилсон - Лола Роза

Кенни взглянул на свои руки. Потом на стул, на котором сидел. Потом под стул. Рот у него стал как щель почтового ящика, и он заревел.

Он ревел и ревел. Я взяла его на руки — это не помогло. Его взяла на руки мама — он не утихал. Женщина в очках принесла ему печенье — это его тоже не остановило.

— Что с ним? — спросил бородатый мужчина.

— Он больше не может. — Мамин голос перекрыл рыдания Кенни. — С него хватит. Мы уже неделю в бегах. Я обещала, что сегодня у него будет дом. Он хочет наконец почувствовать себя в безопасности.

Все засуетились вокруг Кендэла и смотрели на бородатого, как будто он нарочно терзает моего маленького братика. К счастью, Кендэл рыдал так отчаянно, что не мог перевести дух и объяснить, в чем дело.

— Что ж, мы вас, наверное, можем перевести в категорию "критическая ситуация". Там есть одна свободная квартира. Не то чтобы очень хорошая, и внешний вид оставляет желать… Но если рассматривать ее как перевалочный пункт…

Мы получили ключи от квартиры тут же — из рук в руки. Нужно было скорее уводить Кенни, пока он не начал объяснять про Джорджа.

Всю обратную дорогу к метро мы всматривались, не мелькнет ли где-нибудь войлочный плавник, но безрезультатно. Наверное, он остался в поезде.

Мама вернулась с Кенни в отель, чтобы поблагодарить толстую горничную и забрать наши вещи, а мне незаметно сунула в ладонь три пятерки. Объяснений не требовалось. Я бегом домчалась до аквариума, попросила, чтобы меня пропустили в сувенирный магазин, и купила Джорджа Второго.

Наша новая квартира занимала второй этаж маленького, сырого эдвардианского дома; крыша была затянута брезентом, а палисадник зарос крапивой. Входная дверь покривилась, так что пришлось поднажать на нее плечами. Холл был так завален бесплатными газетами и рекламными листовками, что мы разбрасывали их ногами, как осенние листья.

Квартира состояла из гостиной с кухонным уголком, маленькой спальни и ванной комнаты с душем, умывальником и туалетом. Стены были грязновато-белого цвета, как свернувшееся молоко, с черной плесенью по углам. Деревянные подоконники облупились и подгнили от сырости. Ковролин в гостиной был весь в пятнах. В углу примостились грязная плита и холодильник, но мебели никакой не было.

Мы с мамой и Кендэлом обошли квартиру кругом. Потом еще раз.

— А где же всё? — спросил Кендэл.

— Хороший вопрос! — По маминому виду похоже было, что она вот-вот расплачется.

— А где же всё? — сказала я поспешно, передразнивая Кендэла.

Мама нахмурилась было, но тут до нее дошло.

— Хороший вопрос!

— А где же всё? — хором пропели мы с Кендэлом.

— Хороший вопрос! — сказала мама.

Мы носились по квартире и повторяли этот сумасшедший диалог во все более быстром темпе, пока слова не превратились в бессмысленную скороговорку. В конце концов мы свалились на пол хохочущей куча-мала.

— Ой, дети, вставайте скорее, тут так грязно! — сказала мама с гримасой отвращения. — Надо пойти купить моющего средства для ковров, и прорву «Кометы», и три щетки. А потом мы еще купим краски и покрасим стены в яркий цвет. Ты какой предпочитаешь, Лола Роза?

— Лиловый!

— Лиловый? Что ж, пропади все пропадом, пусть будет лиловый. У нас будет лиловая спальня, лиловая кровать, пол, ковер, занавески. Мы можем даже тебя покрасить с ног до головы в лиловый цвет, если тебе так хочется.

— И гостиная тоже лиловая?

— Нет, теперь моя очередь. Гостиная будет черно-белая, страшно стильная, белые стены, черная кожаная мебель, а. на полу ковер под шкуру зебры. И я лежу на этом ковре в черном пеньюаре… А?

— И сосешь белые леденцы в черную полоску! Кендэл, а ты выбирай краску для ванной. Как насчет цвета морской волны, как в твоем кошмарном акулятнике? А вместо ванны мы купим большой стеклянный аквариум, и ты будешь там плавать с Джорджем.

— Не морочь ему голову, — сказала мама. — Кендэл, она просто шутит.

— А моя лиловая спальня, мама? Это тоже шутка?

— Нет-нет, детка, мы правда наведем марафет в этой дыре, я тебе обещаю. За расходами не постоим. В разумных пределах, конечно.

Нам сказали, что есть такие специальные благотворительные магазины, где нуждающиеся могут получить любую мебель почти задаром. У мамы было еще полно лотерейных денег, но она уже не относилась к ним так беспечно. Сперва мы все-таки посмотрели мебель в обычных магазинах, но кожаный гарнитур из дивана и двух кресел стоил три тысячи фунтов.