Валентина Осеева - Динка

Динка фыркнула и зажала себе рукой рот:

— Ой, Лень… А я думала, это какая-нибудь одёжа… и вообще что-нибудь…

— Погоди… — что-то соображая, сказал Ленька. — Не пойму я: откуда Костя узнал?

— Ему товарищи сказали… А от Степана ничего узнать нельзя, так как он сидит в какой-то наследственной камере… — вспомнила еще Динка.

Ленька крепко задумался.

— Ну что, наш это Степан или не наш? — с тревогой спросила Динка.

— Степан наш… — тихо ответил Ленька и строго поглядел в глаза подружки. — Мне нужно тайну одну тебе открыть, только смотри: проговоришься, так меня сейчас же схватит полиция, да и Степану хуже будет…

— А что я, маленькая или совсем уж дурочка! — обиделась Динка.

— Да я тебя знаю, а то бы нипочем не доверил! — Ленька придвинулся ближе и стал рассказывать Динке все, что произошло в эти дни. — Теперь я работаю за Степана… Только я в бублики кладу… На весь полтинник уже купил…

— На тот полтинник? А лодка? — всплеснула руками Динка.

— Какая тут лодка! Это дело первой важности. Я понемногу вожу. Много не беру, а то попадусь если, так, по крайности, бумажки целы будут.

— Конечно, — вздохнула Динка. — Наплевать уж на лодку… А много у тебя еще этих бумажек. Лень?

— Немного уже осталось… Завтра да послезавтра съезжу — и конец.

— Лень, возьми меня! Я тебе помогу… — запросилась Динка.

— Куда ты! Это не простое дело. Я и так и сяк приловчаюсь… Ох и трудно! Ведь не лишь бы как сунуть… Я к рабочим хожу… Кому в мешок с инструментом подброшу, кому в котомку с харчами…

— Смотри, Лень, заметит кто-нибудь, и арестуют тебя, как Степана! — со страхом сказала Динка.

— Да раз уж взялся за такое дело, так от тюрьмы не уйдешь. Только не скоро они меня поймают! Я ловкий! — с важностью сказал Ленька.

Динка искоса взглянула на него и наморщила лоб:

— Подожди, Лень… Я все думаю. Значит, это был тот сыщик, тот самый, что тогда у нас?

— Он! Я его длинную морду сразу узнал. Да еще глаза — вроде у слепого… Он самый! — убежденно сказал Ленька.

— Но тогда, значит, этот сыщик и у нас хочет кого-то арестовать?

— Само собой. Выслеживает чего-то… Может, думал, Степан у вас? Раз Костя со Степаном товарищи, а вы с Костей дружите, так он и охотился под забором… — предположил Ленька.

— Верно, верно! Он за Степаном приходил! — успокоилась Динка.

Ленька развел огонь и поставил на два камушка котелок с чаем. Пока вода закипала, он вынул связку бубликов, потом обошел вокруг утес, внимательно поглядел на обрыв и, присев около Динки, вытащил из-под камня завернутые в тряпку прокламации.

— Дай мне подержать, — сказала Динка и с робостью взяла в руки листок с напечатанным на нем воззванием к рабочим. — А о чем тут пишут? Ты читал? — шепотом спросила она.

Ленька кивнул головой.

— Тут все как есть правда… Про всю нашу жизнь… И насчет царя, конечно… что свергать его нужно… — задумчиво сказал Ленька.

— Да ведь царя, Лень, уже свергали! Я просто удивляюсь, как это он еще сидит? — пожала плечами Динка.

— Да потому, что свергать нужно всем сообща. Вот погоди, как рабочие почитают эти бумажки, так и поймут, как надо действовать. А то окружился царь войском и сидит за десятью замками. С утра до вечера только кисель жрет!

— Ну, кисель! У царя денег много, он и мороженое прямо из бочки ест! — облизнувшись, сказала Динка.

— Вишь ты, какой гад! Иному хлеба купить не на что, а он занялся мороженым. Ну, недолго осталось! Вот я все бумажки подложу — тогда живо дело пойдет! Давай-ка, пока чай скипит, бублики заготовим!

— Давай! — обрадовалась Динка. Ей тоже очень хотелось помочь свержению царя.

Ленька взял один бублик, сделал внутри продольный разрез ножом и, сложив в тонкую трубочку прокламацию, задвинул ее внутрь бублика. Потом, для верности, завертел этот надрез ниткой.

— Нитку видно, — сказала Динка.

— Бублик еще больше видно, — засмеялся Ленька. — Рабочий бублик не выбросит, а что к чему — дома разберется, — усмехнулся Ленька.

Динка принялась помогать ему заготавливать бублики. У нее получалось гораздо лучше, чем у Леньки, потому что свою нитку она опустила раньше в чай. Нитка стала желтой и менее заметной.

— Я тоже теперь мочить буду, — сказал Ленька. Вдвоем они быстро заготовили десять штук, остальные Ленька аккуратно завернул в тряпочку и спрятал опять под камень.

— Завтра придешь — и эти сделаем, — сказал Ленька. Динка посидела еще немного и, уходя, попросила:

— Лень, ты не попадись полиции, ладно?