Александр Дюма - Детская библиотека. Том 22

Но жестокая смерть медика не избавила принца от мучений, и он решил прибегнуть к более мягкому средству, а именно: заставить своего премьер-министра проглотить такую же кость и испытать на нем все последние достижения медицины в этой области. Он уже собирался его вызвать, как в сопровождении дежурного офицера явился наш герой.

— Ты кто? — гнусавым голосом спросил принц, которого обстоятельства заставляли говорить в нос. — И как посмел ко мне войти?

— Я — Пьеро, — ответствовал тот. — Посол Его Величества короля Богемии. Прибыл с поручением заключить мирный договор с Вашей Светлостью.

— Клянусь горбом! — воскликнул принц. — Ты явился как нельзя кстати! Будет лучше, если это придется сделать тебе, а не моему министру. Присаживайся к столу… Прекрасно… А теперь съешь эту рыбу. Но постарайся проглотить все ее кости. Слышишь? Все!.. Или я убью тебя, как собаку!

Пьеро, проголодавшийся в дороге, не заставил себя долго упрашивать и сразу же приступил к поглощению рыбы. Он так преуспел в этом, что огромная щука, только что занимавшая весь стол, исчезла, как по волшебству. Остался только хребет. Закатив рукав, Пьеро взял его двумя пальцами и аккуратно вставил в горло, напрягся и, сделав гримасу, проглотил.

— Вуаля! — произнес он тоном факира, только что отправившего за тридевять земель свой последний мускатный орех. — Готово!

— Невероятно! — воскликнул Азор, внимательно следивший за его действиями. — Ну-ка, подойди и открой рот… Удивительно! — добавил он после осмотра челюстей Пьеро. — Ничего нет! Черт побери! Рискну и я!

С этими словами он глубоко вздохнул и, подобно Пьеро, сделал усилие, сопроводив его гримасой. И — о чудо! — кость проскочила!

— Спасен! — завопил принц Азор. — Я спасен! Ха-ха!.. Дружище, ты оказал мне огромную услугу. За это разрешаю тебе выбрать наиболее приятную для себя смерть. Как видишь, я добрый принц.

— Сир, — отвечал Пьеро, — на большую доброту я и не рассчитывал. Но будет лучше, если вы сами сделаете выбор. Я полностью полагаюсь на вкус Вашей Светлости.

— Ты шутник, красавчик, — изрек принц. — Ну так вот: когда ты с таким аппетитом уплетал мою рыбу, мне пришла мысль, что интересно было бы посмотреть, как ты будешь умирать с голоду.

Как ни владел собой Пьеро, но при этих словах он непроизвольно содрогнулся. «Смерть от голода? — сказал он себе. — Об этом я как-то не подумал».

Пьеро собрался было попросить что-нибудь другое, когда, повинуясь приказу принца, стражники подхватили его под руки и отвели в подземелье замка, где и заперли.

Это подземелье, дорогие дети, было ужасной тюрьмой. Воздух и свет попадали туда только через крошечное окошечко, перегороженное железной решеткой и прорезанное так высоко под потолком, что несчастный узник мог видеть лишь краешек неба. Из мебели были только убогая лежанка да табурет. Еще имелись глиняный кувшин и железный подсвечник. Свечу тюремщик менял два раза в день: утром и вечером.

Когда тюремная дверь захлопнулась, измученный длительным путешествием Пьеро бросился на тюремную койку и заснул глубоким сном.

Ранним утром его разбудил скрежет ржавых петель и звяканье ключей. Вошел тюремщик.

— Вот, приятель, вода, — сказал он. — Свежая, только что из родника. Но свечки не даю, потому как старая еще цела.

Пьеро хлопнул себя по лбу, как делает человек, которому внезапно пришла умная мысль.

Надсмотрщик вышел и старательно запер замок на три оборота. Когда его шаги затихли в глубине коридора, наш узник спрыгнул с лежанки, схватил сальную свечку и съел ее целиком, вместе с фитилем.

Позавтракав таким образом, он взял табурет, поставил его туда, куда из окошка падал бледный свет, и принялся вырезать из него игрушку припрятанным перочинным ножом. К вечеру кусок дерева превратился в очаровательную марионетку, которая с помощью ниток могла двигать ручками и ножками.

— Ах ты, боже мой! — восторженно произнес надзиратель. — Отдай это мне, приятель! Моему малышу будет чем играть.

— Пожалуйста, — ответил Пьеро. — Я бы сделал больше и лучше, если бы было светлее. А здесь так темно…

— Не беспокойся, дорогой узник! — сказал тюремщик. — Я принесу очень много свечей, так что у тебя будет светло, как в полдень!

Не прошло и пяти минут, как у Пьеро оказалось пять или шесть пачек свечей. Что он делал с ними потом, вы, конечно, уже догадались. Добавлю только, что с того дня стоило Пьеро заметить нехватку еды, то есть свеч, он подходил к двери и пел в щель: