Елена Усачева - Парадокс Ромео

Но пока все равно идти было некуда. Дома мама и еще не ушедший в институт отец. В этой школе белая и сумасшедший девятый класс. Что у них будет дальше? Раковину били, из окна прыгали, отличника потеряли… Может, они решат выйти на тропу войны и начать бить восьмые классы? Гимназия?.. В гимназию хотелось. Там было все правильно, а главное – спокойно. Но в гимназию без телескопа, того самого телескопа, что они взяли, а не какого-то чужого, лучше не соваться. Оставалась музыкальная школа. Утро, занятий почти нет, можно найти свободный кабинет и немного порепетировать.

Свободного кабинета не нашлось, зато Всеволода пустили в актовый зал. В маленьком двухэтажном особнячке музшколы актовый зал ютился под самой крышей. Крыша эта часто протекала, поэтому паркет в зале местами потемнел и от сильного удара ногой рассыпался на пазлики. Десять рядов разнокалиберных стульев выстраивались в рыхлый зрительный зал. Рояль стоял на возвышении. От линялого паркета здесь остро пахло сырым тальком. От стульев, которые редко когда бывали полностью заняты, веяло тоской.

Всеволод поднялся на сцену, посмотрел на молчащий инструмент. Черный зев рояля был закрыт, клавиши спрятаны. Сейчас он был похож на добродушного бегемота, уснувшего в теплой воде. Всеволод положил на крышку перед собой планшет. Интересно, в Камбодже живут бегемоты? А крокодилы в реке Меконг водятся?

С крокодилами было не очень хорошо, в первых двух ссылках о них ничего не говорилось. Зато у Камбоджи был король. И об этом предупредили сразу. Звали его Нородом Сиамони, и был он кхмером. Не весело жилось в Камбодже, шли там постоянные войны и революции, буянили партизаны, кто-то все время пытался захватить власть. И всю эту шумиху, человеческие волнения уносила на своих волнах река Меконг. Четыре с половиной тысячи километров переваривала, перемалывала она людские эмоции, чтобы под конец, собрав воду с огромной площади, обрушить все это в Индийский океан. Оттого-то этот океан такой и неспокойный.

Всеволод наконец-то сел за инструмент и стал играть, представляя, как будет стоять на берегу широкой реки, как будет нестись серая вода, будут проплывать мимо узкие лодочки аборигенов, по берегам будут торчать сети, рыба станет биться на крючках. В общем, представлялось все это неплохо.

Не успел умереть звук, как раздались сухие хлопки.

– Неплохо-неплохо, – улыбнулся Кадим Алиевич.

– Я не знал, что вы в школе, – вышел из-за инструмента Всеволод.

– Мне позвонили. Сказали, что ты ищешь свободный кабинет. По счастью, я был рядом. Хочешь позаниматься?

Всеволод глянул на притихший рояль. Он снова стал похож на бегемота. Закрыл крышку, чтобы спрятать его белые зубы.

– Нет, я не готов.

– Последнее время для тебя это нормальное состояние.

Кадим Алиевич стоял у последнего ряда, а Всеволод все еще был на возвышении, и от этой неправильности, от этого несоответствия рождалось странное ощущение.

Преподаватель улыбался. Он смотрел, чуть подняв голову, от улыбки лицо его собралось крупными морщинами. Учитель больше не задавал вопросов, он просто ждал. И Всеволод понимал, что от него ждут объяснений, но в голову назойливо лезли бегемоты с крокодилами, шумела мутная река.

– Ты собираешься заниматься дальше?

Всеволод глянул на молчащий инструмент. Он был сыт только что выданной ему музыкой и теперь помалкивал, наслаждаясь покоем.

– Скорее всего.

Для начала надо было разрушить неправильность. Всеволод сошел в зал и, трогая рукой спинку каждого стула, мимо которого проходил, направился к учителю.

– Что же тебе мешает?

Кадим Алиевич был похож на старую черепаху Тортилу, предлагающую Буратино золотой ключик.

– Жизнь.

– Забавно.

– Она играет не по правилам.

– А какие должны быть правила?

– Все должно быть ясно и понятно, как в шахматах.

– По правилам сказки? Добро побеждает зло?

– Да.

– Добрый молодец на коне отвоевывает красную девицу?

Всеволод поморщился. Упоминания о девицах, пускай и сказочных, были неприятны.

– Не обязательно. Главное, что по правилам. Когда есть правда.

– Но правда не бывает одна. У каждого своя правда.

– Но есть же универсум. Про добро. Сильный помогает слабому. Выигрыш с наименьшими потерями. Помощь людям.

– Ты к чему ведешь? Бабушку через дорогу не перевел?

– Музыка – это гармония. Почему жизнь не может быть гармонией?

– Потому что в музыке есть семь нот, которые подчиняются одному композитору, а в жизни – каждый своя нота, и каждая хочет заявить о себе.