Эйлин Гудж - Две сестры

— Как, у тебя есть что скрывать?

Линдсей улыбнулась ему, давая понять, что шутит. Но на этот раз он не улыбнулся в ответ. Он всматривался в ее лицо, и в глазах его читалось беспокойство. Потом он притянул ее к себе и крепко обнял обеими руками. Но она все равно вздрогнула, как будто в спальню ворвался порыв ледяного, враждебного ветра.

— Как по-твоему, я нормально выгляжу? — Керри-Энн отвернулась от большого, в человеческий рост, зеркала. Когда Линдсей не ответила, она прикусила губу и нахмурилась. Так плохо, да? Я должна переодеться?

— Нет, ты выглядишь отлично, — Линдсей улыбнулась. Просто ты впервые поинтересовалась моим мнением.

— Ладно, выкладывай, что со мной не так? Я ведь не хочу, чтобы они подумали, что я не в состоянии позаботиться о собственном ребенке.

На сегодняшнем слушании должно было решиться, может ли Керри-Энн забирать к себе дочь на ночь. Окончательный вердикт по поводу опеки еще не был вынесен, но сегодня им предстояло сделать в этом направлении важный, если не решающий, шаг. Если судья сочтет, что Керри-Энн исправилась, а она, в свою очередь, ничего не испортит, то это может означать, что половина дела сделана. Тем не менее, зная, что в жизни «если» не обязательно означает «когда», Керри-Энн не строила на этот счет особых иллюзий.

— Ну, раз уж ты спрашиваешь… — Линдсей отступила на шаг, чтобы окинуть сестру критическим взором. — Я бы сняла браслеты — их звон в зале суда будет только мешать. И ожерелье тоже. Оно слишком…

— Яркое и безвкусное? — подсказала Керри-Энн.

Линдсей предпочла выразиться по-другому:

— У тебя найдется что-нибудь не такое… блестящее?

Керри-Энн погладила кончиками пальцев брелок в форме сердечка, который подарил ей Иеремия. Ей нравился его блеск, нравилось и то, что осколками циркония на нем были выложены ее инициалы. Кроме того, подарок вызывал в ней сентиментальные чувства.

— Не понимаю, что с ним не так, — сказала она, распрямив плечи и задрав подбородок.

Но Линдсей стояла на своем:

— Я могу одолжить тебе свой жемчуг.

— Чтобы я стала похожа на старушку? Нет уж, спасибо!

Но Линдсей даже не пошевелилась, глядя на нее с таким выражением, словно хотела сказать: «Сейчас не время шутить». В обычной ситуации это вызвало бы лишь очередное язвительное замечание с ее стороны, но на это раз Керри-Энн прикусила язык. Слишком многое было поставлено на карту.

— У тебя найдется что-нибудь более подходящее для меня? — смирив гордыню, поинтересовалась она.

Линдсей порылась в шкатулке со своими украшениями и вынула оттуда овальный медальон — опал в форме капельки в золотой оправе — на изящной золотой цепочке.

— По-моему, вот это вполне подойдет к твоему наряду, — сказала она, застегивая ожерелье на шее у Керри-Энн.

— Недурно, — вынуждена была согласиться та, оглядев себя в зеркале. — Спасибо.

— Не стоит благодарности. Теперь мы квиты, учитывая, что ты помогла мне с туфлями. Правда, я чуть не разбилась насмерть, — шутливым тоном произнесла Линдсей. — Честно, не представляю, как ты в них передвигаешься. Я сняла их сразу же, как только добралась до места.

Керри-Энн потянулась к своей косметичке.

— Разве они были единственным, что ты сняла? — Она метнула на сестру лукавый взгляд, накладывая на щеки румяна.

Ей удалось добиться от Линдсей лишь признания в том, что она «хорошо провела время», но это отнюдь не объясняло мечтательного выражения, которое не покидало ее лицо всю неделю, или непонятной смешливости, нападавшей на сестру всякий раз, когда ей звонил Рэндалл.

— Не твое дело, — парировала Линдсей, но жаркий румянец, выступивший у нее на щеках, лишь укрепил Керри-Энн в ее подозрениях.

Она бы не стала заострять на этом внимание, если бы не почувствовала, что Линдсей что-то беспокоит.

— Если тебя грызет чувство вины, наплюй, — посоветовала она. — Ты не из тех дамочек, которые наставляют рога своему дружку только для того, чтобы попробовать запретный плод. Я уверена, что случившееся имеет свои причины.

— И какие же? — с подозрением уставилась на нее Линдсей.

— Послушай, мне известно лишь, что ты отправилась на свидание к симпатичному парню, а домой вернулась какой-то обалдевшей, словно тебя… — Она оборвала себя на полуслове, заметив недовольный взгляд Линдсей. — Словом, я никогда не видела тебя такой с Грантом.

Линдсей в отчаянии всплеснула руками:

— Вы с мисс Хони словно сговорились!