Рохинтон Мистри - Хрупкое равновесие

В результате они совсем не выспались. Утром Раджарам забрался на крышу, чтобы осмотреть железо, и помог портным положить кусок пластика на проблемное место, но куска, к сожалению, не хватило.

В конце недели Ишвар, воодушевленный полученным от Дины Далал вознаграждением, запланировал поход в магазин с тем, чтобы купить большой кусок пластика и другие необходимые вещи.

— Что скажешь, Ом? Теперь сможем сделать наше жилище более удобным, как думаешь?

Предложение было встречено угрюмым молчанием. Портные остановились около уличной лавки, торгующей полиэтиленовыми мисками, контейнерами и столовой посудой.

— Ну, какого цвета возьмем тарелки и чашки?

— Мне все равно.

— А полотенце? Может, вот это желтое с цветочками?

— Как хочешь.

— Давай купим тебе новые сандалии?

Снова ответ «как хочешь». У Ишвара лопнуло терпение.

— Что с тобой происходит? У Дины-бай ты все время ошибаешься и споришь. Шить тебе, похоже, стало не интересно. Что тебя не спросишь, ответ один: мне все равно. Возьми себя в руки, Ом, возьми себя в руки.

Ишвар сократил поход по магазинам, и они вернулись домой с двумя красными пластиковыми ведрами, примусом, пятью литрами бензина и пачкой жасминных агарбатти [69] Агарбатти — самый бюджетный вариант индийских благовоний. .

Впереди послышались знакомые «бум-бум, бум-бум» — звуки ручного барабана хозяина обезьян. При движении его руки трещотка подпрыгивала на запястье. Он не думал собирать зрителей — просто возвращался с питомцами домой. Одна из бурых обезьянок пристроилась у него на плече, другая равнодушно плелась позади. Собака без всякого присмотра шла за ними на некотором расстоянии и, фыркая, жевала газету, в которую когда-то заворачивали что-то съестное. Хозяин свистнул, позвал: «Тикка!» — и дворняжка подбежала к ним.

Обезьяны стали дразнить Тикку — трепали за уши, дергали за хвост, щипали половой член. Эти издевательства пес выносил со стоическим достоинством. Он получил передышку, только когда внимание обезьян привлекло красное пластиковое ведро в руках Ома. Желая узнать, что это такое, обезьянки запрыгнули в него.

— Лайла! Маджно! Назад! — крикнул хозяин, натягивая поводки. Их головки то и дело подпрыгивали над краем ведра.

— Ничего, — сказал Ом, любуясь их шаловливыми выходками. — Пусть резвятся. Наверно, наработались за день.

Теперь они вместе — портные, хозяин обезьян и его животные — шли к поселку под гипнотический стук барабана «бум-бум». Лайле и Маджно ведро вскоре наскучило, и они стали приставать к Ому — лезли на плечи или на голову, висели на руках, цеплялись за ноги. Юноша смеялся всю дорогу, и Ишвар улыбался от радости.

Но после расставания с обезьянами веселость Ома сразу пропала. Он снова погрузился в уныние и бросал полные отвращения взгляды в сторону Раджарама, разбиравшего и сортировавшего на улице мешки с волосами. Небольшие черные холмики выглядели как сборище косматых человеческих голов.

Увидев нагруженных покупками соседей, Раджарам их поздравил:

— Радостно видеть, что вы ступили на путь к процветанию.

— Разуй глаза. Где ты видишь путь к процветанию? — рявкнул Ом и, войдя в хижину, стал раскатывать постель.

— Что это с ним? — спросил обиженный Раджарам.

— Думаю, просто устал. Слушай, сегодня ты ужинаешь с нами. Надо обмыть новый примус.

— Разве я могу отказать дорогим друзьям?

Ужин они стряпали вдвоем, и позвали Ома, когда все было готово. Во время еды Раджарам спросил, не дадут ли друзья ему в долг десять рупий. Просьба удивила Ишвара. Ему казалось, что сборщик волос неплохо зарабатывает своим ремеслом — ведь последние две недели он с таким энтузиазмом о нем рассказывал.

Раджарам заметил сомнение на его лице и прибавил:

— Я верну деньги через неделю, не волнуйтесь. Бизнес сейчас идет плоховато. Но в женскую моду начинает входить новый стиль. Все станут обрезать косы. И длинные локоны сразу упадут мне в руки.

— Хватит уже о волосах, — сказал Ом. — Меня от этого тошнит. — После ужина он не остался курить и болтать с мужчинами, сослался на головную боль и пошел спать.

Его дядя пришел через час и остановился за спиной Ома, глядя на племянника: «Бедный мальчик, сколько ему пришлось пережить!» Наклонившись над ним, Ишвар увидел, что Ом лежит с открытыми глазами.

— Ом? У тебя голова болит?

— Нет, — простонал Ом.

— Потерпи, Ом, все будет хорошо. — Желая приободрить юношу, Ишвар прибавил: — Наконец счастье нам улыбнулось. Все будет хорошо.