Рохинтон Мистри - Хрупкое равновесие

— Взгляни, Ом. Когда ты сердишься, у тебя такое же кислое выражение лица.

Ому сначала польстило сравнение, а потом он рассмеялся. Вознесенное над землей властное лицо посылало холодное предупреждение громыхавшим по одну сторону поездам, а по другую — быстро катившим в облаках выхлопных газов автобусам и автомобилям. Портные устало потащились дальше — к барачному поселку.

Не успели они отпереть дверь, как тут же объявился сборщик волос.

— Ну, вы припозднились, шалуны, — пожурил он портных.

— Но…

— Да ладно. Я не в обиде. Это все временные трудности. Сейчас подогрею еду. Я выключил примус — овощи стали подсыхать. — Он на минуту скрылся в хижине и вернулся со сковородой и тремя тарелками. — Бхаджи [66] Бхаджи — индийское овощное блюдо с луком. и чапати. И масала вада [67] Масала вада — индийские пончики разного состава. собственного изобретения с манго чатни [68] Манго чатни — индийская кисло-сладкая фруктово-овощная приправа. . Надо же отметить ваш выход на работу.

— Столько хлопот из-за нас! — сказал Ишвар.

— Ничего особенного.

Раджарам быстро подогрел сковороду и раздал тарелки с аккуратно разложенными по кругу четырьмя видами еды. На сковороде осталось еще много овощей.

— Ты слишком много приготовил, — сказал Ишвар.

— Сегодня я заработал больше обычного, потому и купил столько овощей. И для них тоже. — И Раджарам локтем указал на еще одну лачугу. — У этого пьяницы дети всегда голодные.

Во время ужина портные рассказали о полицейской облаве на безбилетников. Приготовленный специально для них вкусный ужин изменил настрой Ома, и он рассказал об этом неприятном случае как о приключении.

Раджарам драматическим жестом приложил руку ко лбу.

— Какая глупость с моей стороны — я совершенно забыл вас предупредить. Просто облав не было много месяцев. — И он снова хлопнул себя по лбу. — Некоторые ездят всю жизнь без билета. А вас схватили в первый же день. Да еще и с билетами, — засмеялся он.

Оценив юмор ситуации, Ишвар и Ом тоже рассмеялись.

— Просто не повезло. Может, это связано с введением чрезвычайного положения.

— Все это сплошная показуха. Если введены строгие меры, тогда почему инспектор всех отпустил?

Пережевывая пищу, Раджарам задумался, потом принес всем по стакану воды.

— Может быть, у них не было выбора. Насколько я знаю, тюрьмы забиты врагами премьер-министра — профсоюзными деятелями, журналистами, учителями, студентами. В тюрьмах может не быть места.

Они все еще обсуждали этот инцидент, когда от колонки послышались радостные крики. В кране что-то забулькало! В такое позднее время! Затаив дыхание, люди смотрели на трубу. Скатилось несколько капель. Потом потекла тоненькая струйка. Все восторженно приветствовали вырвавшуюся наружу воду, как приветствуют победителя скачек. А струя набирала силу, и вот уже из крана хлынул поток. Чудо! Жители аплодировали и кричали от радости.

— Один раз такое уже было, — сказал Раджарам. — Наверно, водопроводчик ошибся и открыл не тот клапан.

— Хорошо бы ему почаще ошибаться, — заметил Ишвар.

Женщины с детьми на руках побежали к колонке, чтобы воспользоваться такой удачей. Малыши визжали от восторга от прохладной воды, стекавшей по их липкой коже. Дети постарше весело прыгали вокруг и пускались в немыслимые пляски, предвкушая настоящий душ вместо скудной кружки воды утром.

— Может, нам тоже не мешает запастись, — предложил Ом. — Тогда не будем тратить время утром.

— Нет, — сказал Раджарам. — Пусть дети порадуются. Кто знает, когда им выпадет снова такой шанс.

Праздник продолжался меньше часа — поток воды остановился так же внезапно, как и начался. Заранее намыленных детей пришлось вытереть и отправить спать глубоко разочарованными.

За следующие две недели владелец поселка построил в поле еще пятьдесят лачуг, которые Навалкар через день уже сдал и сразу удвоил население. Теперь зловонный запах с канавы постоянно витал над хижинами, перекрывая даже запах дыма. Между небольшим барачным поселком и широко раскинувшимися через дорогу трущобами почти не было разницы — ад был повсюду. Утренняя суета у колонки превратилась во враждебное противостояние. Все чаще слышались обвинения в несоблюдении очереди, люди толкали и пихали друг друга, завязывались драки, переворачивались котелки, визжали матери, вопили дети.

Начался сезон дождей, и в первую же ночь портных разбудила льющаяся на них с потолка вода. Сухим в хижине остался только один угол, куда они и забились. Вода непрерывным потоком изливалась рядом, и вскоре они впали в дремоту. Потом дождь пошел на убыль. Но из места протечки продолжало капать. Ом стал мысленно считать всплески. Досчитал до сотни, потом до тысячи, до десяти тысяч — он считал, складывал, пересчитывал, словно надеялся, что какая-нибудь огромная цифра остановит капание.