Эмилио Сальгари - Корсары Южных морей

– Это может быть только эскадра лорда Данмора, – сказал баронет мистеру Говарду.

– Да. Эскадра Хау уже наверняка укрылась в одном из северных портов, – отвечал старпом.

– Что нам лучше предпринять? – спросил Маклеллан.

– На вашем месте, сэр, я бы просигналил американским кораблям пропустить эскадру, а потом начать преследование. Говорят, английские корабли потрепало штормами, а бóльшая часть людей больна или ранена. Неблагоразумно идти на лобовое столкновение в такую бурю – мы просто не сумеем взять их на абордаж. Да и потом, как мы узнаем фрегат в такой темноте?

– По огням.

– Не настаивайте, сэр Уильям. Позволим эскадре пройти и сядем ей на хвост. Затем отделим корабль маркиза от эскадры и захватим его. Уверен, для этого представится немало возможностей.

– Вы правы, мистер Говард, – со вздохом признал баронет. – Каменная Башка! – позвал он. – Отдай сигнал американцам пропустить эскадру и преследовать ее.

– Так мы не зададим им трепку сегодня ночью?

– Нет, старик.

– Жаль! А я-то надеялся пойти на абордаж!

– В такой-то шторм? – спросил мистер Говард.

– Нас, бретонцев, волнами не запугаешь!

– Найти корабль маркиза, Каменная Башка! – приказал баронет. – Ищи красные, синие, желтые и белые огни.

Обменявшись парой слов со старпомом и поручив ему присмотреть за рулевыми, капитан приступил к смотру матросов на палубе. Несмотря на страшную качку, все были на боевых позициях: марсовые на верхушках мачт, стрелки за бортовыми люками, палубные у парусов, а канониры наготове у пушек. Батареи были готовы к бою.

Отдав сигнал американским кораблям, Каменная Башка подошел к своему любимому носовому орудию, где его уже поджидал Малыш Флокко. Тем временем приближались разметанные бурей английские суда. Недаром американцы прозвали их призрачным флотом. За два месяца до того эскадра Данмора двинулась к Бостону из ирландских портов с десятью тысячами наемников на борту, не зная о том, что город уже пал. Посреди Атлантики эскадру застали грозные шторма. Наконец, уже у американских берегов, узнав от моряков с английских судов о падении Бостона, лорд Данмор устремился к виргинскому побережью, чтобы покорить этот штат. Однако беды преследовали злополучную эскадру. Не успев стать на якорь у побережья Виргинии, эскадра была охвачена «черной рвотой», или желтой лихорадкой. Виргинцы тем временем расстреливали ее из пушек и ружей. Снова застигнутые штормами, неприкаянные королевские суда, полные больных моряков, со скудными запасами пресной воды и продовольствия, были вынуждены вновь отступить в открытый океан, не имея определенного пункта назначения.

Солдаты умирали сотнями, и эскадра слабела день ото дня. Как мы вскоре увидим, судьба уготовила флоту нелегкую долю.

В спокойную солнечную погоду судам корсаров не могло бы представиться лучшей возможности атаковать ослабленную штормами и болезнями эскадру, однако в подобную бурю идти в бой было бы непростительной неосторожностью. Оставалось лишь неуклонно следовать за англичанами, пуская ко дну и захватывая небольшие суда, идущие в арьергарде.

– Тысяча колоколен и Вавилонская башня! – воскликнул Каменная Башка. – Они совсем близко!

– Кто? Колокольни?

– Тебя, Малыш Флокко, похоже, настоящие ослы учили.

– Не было у меня никаких учителей, приятель. Вместо уроков я ловил крабов и устриц. Надо же было помогать семье. А хлеб, как говорил мой дед, не растет на скамьях школы для будущих моряков.

Уперев руки в бока, Каменная Башка расхохотался и сказал:

– А я ходил на ловлю дорады и крабов. Папаша состояния на рыбе не сколотил. Жили мы впроголодь. В наших деревнях нищета повсюду. Рыба всех не прокормит… Вавилонская башня! Они проходят мимо.

– Это что, колокольня такая?

– Откуда мне знать? – отозвался боцман. – Помню, как-то один старый приходский священник рассказывал мне про некую огромную башню, которая должна была вознестись до самых небес. Где эта башня, черт его знает! А сейчас хватит болтать, Малыш Флокко! Ко мне, канониры!

Шестеро моряков с чанами воды тут же поспешили к его орудию. За две мили с подветренной стороны корвета в беспорядке уходила прочь разбитая бурями английская эскадра. В полном мраке виднелись лишь подпрыгивающие на волнах огни кораблей. Не легче приходилось и самому корвету, и четырем менее маневренным американским кораблям, на которых не хватало людей. Лишь с большим трудом им удавалось держаться вместе. Зловеще ревел вздыбившийся океан. Тяжелые валы глухо ударяли в переборки судна. Гул зловещим эхом разносился по всему кораблю.