Эмилио Сальгари - Корсары Южных морей

Боцман почувствовал, как лоб его покрылся холодной испариной. Тем не менее он продолжал притворяться, будто доволен, что выиграл пари.

– Так, значит, в четверг, товарищ?

– Секретарь маркиза поручил мне организовать церемонию и разослать приглашения.

Каменная Башка едва скрывал отчаяние. Теперь ему и его товарищам предстояло о многом поразмыслить. Успеют ли они передать новость в Нью-Йорк американским корсарам? Ведь только корсарам под силу напасть на Санди-Хук!

Патрульные продолжали пить, пока не осушили последнюю бутылку. Наконец сержант встал и, едва держась на ногах, произнес:

– Уже одиннадцать. Следуйте за мной в казарму.

– А нельзя ли остаться еще ненадолго? – спросил бретонец, сжимая кулаки. – Мы же среди друзей.

– Я не могу нарушить приказ! – отрезал англичанин. – Пойдем, товарищ: уже поздно.

– Может, еще бутылочку?

– Нельзя. Нужно как можно скорее вернуться в казарму! У меня в глазах двоится, и ноги не слушаются. Пора возвращаться!

Подойдя к богемцу, Вольф вполголоса сказал ему пару слов. Солдаты вышли на темную улицу, едва освещенную корабельными фонарями, и отправились к расположенным у моря казармам. Двое бретонцев и двое наемников старались держаться позади патрульных, которые здорово напились, так что у них ноги заплетались.

За исключением Вольфа, за которого мог заступиться сам маркиз, нашим товарищам никак нельзя было оказаться в казармах, где их тут же обнаружили бы и расстреляли. Выход оставался лишь один: избавиться от патрульных, добраться до шлюпки и на всех парусах лететь к Корсару, чтобы предупредить его о назначенной свадьбе.

Самим похитить юную госпожу не представлялось ни малейшей возможности: слишком много вокруг было солдат, а времени слишком мало.

– Будьте наготове! – пробормотал Каменная Башка, следуя за шатающимся сержантом и солдатами. – Как только окажемся в безлюдном месте, отдубасим их хорошенько и бежим в порт.

– Сначала фернемся к богемцу, – тихо сказал Вольф.

– Ты что, мало выпил?

– Нет. Он говорит, что под часовней Святого Иакова расположены потземные туннели, кута мы можем профести корсаров.

– Не может быть!

– Потом погофорим, папаша. Сначала разберемся с патрульными.

Они как раз проходили через окруженную холмами и заброшенными укреплениями пустошь. Вокруг не было ни души. Не слышно было ни единого звука, лишь море глухо рокотало вдали. Метров за триста от них высилась постройка, которая, должно быть, и была казармой. Каменная Башка остановился.

– Вперед, товарищ! – приказал англичанин.

– Я тут подумал, что в казармах жарковато. Вернусь-ка я лучше в таверну да выпью еще пару бутылочек. Присоединяйтесь, я угощаю!

Сержант на мгновение заколебался. Однако, возможно, заподозрив этого необычного немца, который говорил по-английски совсем не так, как другие наемники, он сказал:

– Нет. Вы должны следовать за мной в казарму.

– Завтра, – отозвался боцман.

– Сейчас же.

– Мы еще не напились как следует!

– Напьетесь в другой день.

– Если уж я что решил, меня не переспоришь.

– Что такое? Бунт?

– Называйте как хотите, мне все равно.

– Стыдитесь, вы же сержант!..

– Тем более нечего мне указывать, – отвечал Каменная Башка, обнажая саблю.

Трое его друзей тут же выхватили сабли и набросились на вооруженных карабинами шотландцев, оглушив их тяжелыми рукоятями. Но сержант решил схватиться с Каменной Башкой. Беспорядочно размахивая во все стороны саблей, он закричал:

– В казарму, или я разрублю вас на куски!

Однако он слишком нетвердо держался на ногах, чтобы сразиться с четырьмя отчаянными смельчаками. Шотландцы, скорее пьяные, чем оглушенные, так и остались лежать в грязи посреди дороги, не подавая признаков жизни. Братья-немцы тут же их разоружили: один выстрел карабина мог поднять на ноги всю казарму.

– Предатели! – свирепо прорычал англичанин. – Меня вам не запугать! Я вас живо отправлю к капитану Гамильтону!

Он бросился на боцмана, однако в самый неподходящий момент силы его покинули, и он поскользнулся. Бретонец, которого никто не мог перепить, тут же ударил его по затылку рукоятью сабли. Сержант рухнул без чувств.

– Быстрее! К шлюпке! – воскликнул боцман.

– Зайдем к погемцу! – сказал Вольф. – Он фсе знает и готоф помочь. Ради меня он пойдет на все. Однажды я спас ему жизнь в битве с канадскими индейцами.

– Но только на минуту!

– Отлично.

Четверо друзей во весь дух пустились обратно по темной дороге. Едва заметный во влажной темноте фонарь указывал на таверну богемца. Друзья влетели туда пулей с обнаженными саблями в руках и захлопнули за собой двери.