Эмилио Сальгари - Корсары Южных морей

В следующие полчаса «Кабото» подошел еще ближе к противнику. Корабли разделяло не более мили – то самое расстояние, которое требовалось дальнобойным орудиям той эпохи, чтобы открыть огонь на поражение. Конечно, они не могли сравниться с мощными пушками современного флота, стреляющими на расстояние более двенадцати километров.

Корсары готовились к бою. Бак заполнился стрелкáми со стальными английскими карабинами, столь же дальнобойными, что и артиллерийские орудия. Каменная Башка, на которого надеялась вся команда, поскорее встал за носовые орудия. Слегка побледневший баронет подошел к нему.

– Спасение моей невесты в твоих руках! – воскликнул он. – Помни же: бей, круши, но стреляй только по рангоуту.

– Расстояние великовато, – сказал бретонец, раздувая фитиль. – И все же глаза меня не подведут, и я все еще неплохой канонир… Проклятье! Прочь от моего орудия!

Стрелки поспешно бросились к фальшбортам, чтобы их не задело пламенем.

– Тихо! – прокричал он матросам. – Я прошу всего лишь полминуты тишины!

– Попробуйте ослушаться, и я вас в бифштекс превращу! – произнес американский капитан. – Так, сэр Уильям?

– Да, – ответил Корсар; было видно, что он отчаянно волновался.

Корабль затих словно по волшебству. Даже марсовые больше не кричали команды с мачт. Каменная Башка склонился над орудием штирборта и тщательно навел его на бриг англичан. Он не дыша замер за орудием. Все взгляды были прикованы к бретонцу: казалось, две сотни человек затаили дыхание, чтобы не помешать своему канониру.

До брига теперь было всего девятьсот метров. Орудие грохнуло, корабль сотрясло до основания, но, ко всеобщему изумлению, ядро рухнуло в воду в трехстах метрах от брига.

Каменная Башка разразился градом проклятий.

– Это орудие неподходящего калибра! – закричал он, с остервенением ударив себя по лбу. – Французские корсары продали американцам старые орудия. Это их первое испытание боем.

– Сам Вашингтон сокрушался над негодными артиллерийскими орудиями, привезенными из Франции, – сказал баронет. – Каменная Башка, из другого попадешь?

– Посмотрим, капитан.

Не успел он сдвинуться с места, как шканцы брига осветились ослепительными вспышками, за которыми последовали взрывы. Однако и английские ядра упали в воду в двадцати метрах от американского корабля.

– Дело не в орудиях, – сказал Корсар Каменной Башке, – просто нам нужно подойти поближе к бригу. Попробуй еще раз.

– Поглядим! – Бретонец, ругаясь сквозь зубы, подошел ко второму орудию. – Что за проклятье довлеет над нами! Десять тысяч колоколен! Так не пойдет!

– Стреляй, Каменная Башка, – прервал его мистер Говард, – и попытайся принести как можно больше вреда этому проклятому судну, но дай показать себя и нашим стальным карабинам.

– Прикажите вашим стрелкам открыть огонь, мистер Говард. Шум меня больше не беспокоит.

– Сначала опробуй это орудие, – сказал Корсар. – Теперь мы подошли ближе.

Прирожденный канонир Каменная Башка успокоился, одним взглядом оценил расстояние, отделяющее корабль от вражеского брига, и снова выстрелил.

Команда в один голос закричала «ура». Ядро рухнуло прямо на заполненные моряками и артиллеристами шканцы корабля, несомненно убив и искалечив множество англичан.

– Стрелять из дальнобойных карабинов! – приказал старпом. – Обычные ружья на таком расстоянии бесполезны.

Вооружившись превосходными карабинами со стальными прикладами, корсары кинулись к фальшбортам и открыли яростный огонь.

Полетели в цель артиллерийские снаряды. Три-четыре минуты бриг не отвечал. В это время он выполнял маневр, чтобы, воспользовавшись благоприятным ветром, снова оторваться от противника, однако безуспешно: «Кабото» продолжал приближаться. Бриг открыл огонь из ружей и палубных орудий. Ядра в таком множестве засвистели между мачтами бригантины, что марсовые, наскоро укрепив паруса, поспешно спустились на палубу. Один Малыш Флокко так и остался сидеть верхом на брам-рее грот-мачты, спокойно наблюдая за сражением. Облака дыма заволокли палубу бригантины и, когда огонь со стороны корсаров становился особенно свирепым, окутывали юного марсового.

Он уже подумывал, не лучше ли, подобно другим марсовым, укрыться на палубе, когда позади послышался треск разорванного паруса. Привыкший находиться на верхушках мачт, Малыш Флокко вскочил на ноги и вскрикнул.

Верхом на том же брам-рее сидел с ножом в руках английский пленный. В суете битвы матросам было не до него, и, воспользовавшись сумятицей битвы, солдат вырвался на свободу. Сам в прошлом моряк, он сразу сумел оценить отчаянное положение, в котором находился бриг, и решил помочь своим соотечественникам. Под покровом дыма он взобрался на грот-мачту и, не замеченный поглощенным битвой Малышом Флокко, срезал несколько парусов.