Эмилио Сальгари - Корсары Южных морей

– Где теперь плот англичан?

– Мы его нагоним, сэр Уильям.

– Боюсь, как бы он не повстречал английские суда.

– Это будет не так-то просто. Суда держатся подальше от побережья Флориды, где полно рифов, отмелей, а главное, свирепых индейцев.

– Верно, – сказал баронет, – я не теряю надежды. С тех пор как мы покинули Бермуды и с тех пор как пал Бостон, я живу одной лишь мечтой.

– И одним сладким именем, – добавил мистер Говард.

– Тише. Не сыпьте соль на рану.

– В Нью-Йорке мы вас исцелим.

– Кто знает!

– Не отчаивайтесь, сэр Уильям. Надеюсь, нам еще предстоит сразиться с англичанами в этом огромном городе… Пока же вам необходим отдых. На вахте останемся я, Каменная Башка и несколько мушкетеров. Идите же. Сейчас мы вне опасности.

Изнуренный Корсар лег на одеяло недалеко от мачты, а дюжина вооруженных карабинами матросов расположилась вдоль бортов, отгоняя неугомонных акул.

Подгоняемый легким бризом, плот продолжал продвигаться по нескончаемому каналу в поисках врага. На плоту воцарилась тишина, нарушаемая лишь монотонными криками крупной птицы, чуть более двух футов в высоту, с черновато-коричневыми полосатыми перьями. Эти пернатые в изобилии водятся на побережье Флориды, преследуя моряков монотонными криками «Дум-ка-ду! Дум-ка-ду!».

Плот вошел в очередной канал, когда изумленным взглядам моряков предстала севшая на рифы темная громада.

Бретонец и Малыш Флокко вскочили.

– Фрегат! Это же фрегат! – в один голос закричали они.

Крик разбудил спящих матросов, которые тут же схватились за оружие, опасаясь нового боя.

Сэр Уильям и его верный помощник мистер Говард были потрясены, увидев недавнего грозного противника в таком состоянии. Пушки корвета проделали огромные пробоины в бортах корабля. Вода быстро заполнила трюм судна.

– Наконец-то! – воскликнул Корсар. – Теперь шансы равны, мой дорогой маркиз! По крайней мере, до тех пор, пока мы не доберемся до Нью-Йорка.

Не успели корсары приблизиться, как из-за фальшборта кормы показался человек. Он отчаянно махал людям на плоту.

– Там человек! – воскликнул мистер Говард. – Кто бы это мог быть? Почему его оставили одного на борту?

– Прыгай! – прокричал ему Корсар.

Поколебавшись, незнакомец бросился в воду и поплыл к плоту.

– Ты!.. – в изумлении воскликнул боцман. – Разве мы не бросили тебя связанным в лесу?

– Так и было, – сжав кулаки, ответил солдат.

– Не могу поверить, что ты еще жив! Я думал о тебе, но у нас не было времени с тобой возиться. Ты доплыл до фрегата?

– Я сломал ствол сосны и поплыл на нем к кораблю, окруженный акулами.

– А те побрезговали твоим английским мясом! – воскликнул Каменная Башка.

Бывший пленный ударил кулаком по воде и разразился градом такой затейливой брани, что восхитился даже бретонец.

– Когда ты приплыл сюда? – спросил англичанина Корсар, который уже знал историю брошенного в лесу пленника.

– Три или четыре часа назад, господин, – ответил солдат, стараясь быть любезным, поскольку догадался, должно быть, что говорит с капитаном.

– И на борту никого не было?

– Ни единой живой души.

– Что же, не осталось ни одной шлюпки?

– Их все разбили в щепки ядра корвета.

– Сколько твоих товарищей могло погрузиться на плот?

– Я не участвовал в бою. На палубе полно убитых, но мне было не до того, чтобы считать тела… Что вы со мной сделаете?

Корсар дал знак приблизиться прислонившемуся к мачте бородачу и сказал англичанину:

– У нас здесь знаменитый бостонский палач, и я буду в своем праве, если прикажу ему отправить тебя на тот свет. Но я дарую тебе жизнь при условии, что ты не доставишь нам беспокойства.

– Клянусь, сэр, – отвечал счастливый пленник.

– Хм… – сказал Каменная Башка. – Я бы на вашем месте так не рисковал. Этот юнец умудрился разорвать веревки, которыми связал его я, старый моряк, он смог вернуться на борт корабля, несмотря на то что лес был полон краснокожих и диких зверей! Мы с Малышом Флокко с него глаз не спустим!

Англичанина привязали к основанию мачты, и, поскольку рассвет был еще не скоро, корсары снова улеглись на дощатый настил, а плот, окруженный мириадами ночесветок и мерцающих во тьме океана медуз, продолжал свой путь.

Два часа спустя плот оставил позади узкие каналы среди скал и вышел на сверкающие в лучах рассветного солнца просторы Атлантики.

Зоркие глаза боцмана сразу различили темное пятнышко, быстро двигавшееся в нескольких милях от них под необъятным парусом.