Эшенбах Фон - Парцифаль

И покровительство его.

Кто не страшится ничего,

Кого геройство не покинет,

Тот при дворе Артура принят.

Спеши припасть к его стопам,

И рыцарем ты станешь сам!.."

И мальчик, перед графом стоя,

Коснулся панциря героя,

Спросив, как спрашивают дети:

"Что означают кольца эти?

Ты кольца носишь на груди?!"

Взглянув на маленького друга,

Граф рассмеялся: "Погоди!..

Не кольца это, а кольчуга.

Я ею прикрываю грудь,

Чтоб не могли меня проткнуть!.."

Промолвил мальчик с удивленьем:

"Такую шкуру бы - оленям,

Их не сразило бы мое

Неотразимое копье!"

. . . . . . . . . . . . .

И рыцарь в путь пустился дале.

Его крестьяне увидали,

Что обрабатывали луг.

Немалый вызвал в них испуг

Вид неожиданного гостя:

Его копье, доспехи, меч.

Но без надменности и злости

Он обратил свою к ним речь:

"Да охранит вас божья милость!..

Скажите, вам не приходилось

Здесь встретить девушку одну?

Сию несчастную княжну

Злодеи подлые украли.

Я весь дрожу: не умерла ли

Она от страха и тоски?

Я разорвать готов в куски

Ее обидчиков проклятых,

Что мимо вас промчались в латах!"

. . . . . . . . . . . . .

Лишь граф с крестьянами расстался,

Ужасный шум вокруг раздался.

Крестьяне стонут: "ах!" да "ох!".

Произошел переполох.

Всех охватил великий трепет:

"Ужо владычица нам влепит!

Да как же смели мы его

В лесу оставить одного!

Считай, отныне всем нам - крышка.

Возрос в неведенье мальчишка,

Лесную дичь копьем пронзал

И вдруг о рыцарях прознал!

Небось кровишка-то взыграла

При виде шлема и забрала,

А от кольчуги, от стальной,

Он весь, ей-богу, как шальной!.."

Вот мальчик к матери приходит,

Горящих глаз с нее не сводит

И все выпаливает вслух.

Едва не испустила дух

Она в немыслимой печали,

Спасибо - люди откачали.

А мальчик дальше речь ведет:

"Каких я четырех господ

У нас в лесу сегодня встретил!

Что свет небес, их облик светел!

Впервые я узнал от них

О славных рыцарях лихих

И короле Артуре гордом.

Кто, обладая духом твердым,

Не дрогнет в боевой игре,

Тот принят при его дворе.

Клянусь, что я не успокоюсь,

Покуда сам не удостоюсь

Стать верным рыцарем его!.."

Нет, матери-то каково

От сына слышать речи эти?

Не за него ль была в ответе

Она пред богом и людьми?

О, сжалься! Боль ее уйми

И смилуйся над ней, всевышний!..

Но вечно плакать - труд излишний.

Коль хочешь вовремя спастись,

Без хитрости не обойтись.

Порою хитрость - та же сила...

И вот схитрить она решила:

"Сын просит дать ему коня?

Что ж, он получит от меня

Коня - то бишь, слепую клячу

И шутовской наряд в придачу,

А в одеянье дурака

Узнает он наверняка

Толпы насмешки и побои:

Мол, коли шут - не лезь в герои!..

И ненаглядный мальчик мой

Сам в страхе кинется домой..."

Так поступить она решила

И в тот же вечер сыну сшила

Из мешковины балахон,

Подобье неких панталон

И туфли из телячьей кожи,

Что и на туфли не похожи,

Да с погремушками колпак,

Что скажешь? - вылитый дурак!..

В путь уходил он на рассвете.

"О мой единственный на свете,

Сказала мать, прильнув к нему,

В дороге трудно одному,

Но с темными людьми не знайся,

Коварных бродов опасайся,

Друзей фальшивых избегай,

А добрым людям помогай.

Коль старца мудрого ты встретишь,

Его с почтеньем поприветишь,

Он верный даст тебе совет.

Внемли: в упрямстве толку нет!

А вспыхнет девичье сердечко,

Возьми заветное колечко,

Но обижать ее не смей.

Не оскверни души своей

Поступком, помыслом греховным.

Бог не простит таких грехов нам.

И навсегда запомни, сын:

Похитил гордый Леелин

Два княжества твоих великих.

Виновен он в бесчинствах диких:

Убит отважный Туркентальс,[51]

Горит Валезия, Норгальс[52]

Войсками вражьими захвачен.

Сей счет кровавый не оплачен,

И в рабстве стонет твой народ

Под гнетом пришлых воевод!.."

Воскликнул мальчик, не робея:

"Копьем своим клянусь тебе я

Врагу пощады не давать,

Коль доведется воевать!.."

Едва за дымкою тумана

Он скрылся хмурым этим днем,

Как в материнском сердце рана

Смертельным вспыхнула огнем.

И, словно в сердце сталь вонзая,

Ее пронзила боль сквозная,

В груди дыханье заперла.

И Герцелойда умерла,

Страдая без родного чада.

Любовь спасла ее от ада.

И пусть посмертная хвала

Сей образ светлый окружает